— Вперед, Кристина, объяснитесь.
Гость откинулся на спинку дивана и скрестил ноги, и хозяйка невольно улыбнулась, подумав, что бездомный похож на психиатра — несмотря на грязную одежду и давно не стриженные волосы.
— Что с вами случилось? — спросила она. — Как вы дошли до такой жизни? Чем занимались раньше?
Бродяга помолчал, глядя ей в лицо, а потом пожал плечами:
— Вы вряд ли позвали меня, чтобы поинтересоваться увлекательными подробностями моей жизни…
— Я настаиваю, Макс. Хочу больше узнать о вас, прежде чем расскажу свою историю.
Мужчина снова пожал плечами:
— Это ваша проблема. Не моя. Думаете, я выложу вам все подробности… за двадцать евро? Полагаете, я дошел до предела? Оказался на самом краю и ничего не чувствую?
Голос у него дрожал, и Кристина поняла, что оскорбила его. Сейчас он поднимется и уйдет.
— А вы полагаете, что я зову в гости всех бездомных без разбора? — парировала она. — Я впустила вас в свой дом, потому что считаю человеком, достойным доверия. Вы не обязаны выворачивать душу наизнанку и можете вообще ничего не говорить — я все равно объясню, чего хочу от вас.
Макс еще немного поколебался, но потом все-таки решился, и лицо стало серьезным, даже напряженным.
— Я был учителем французского в частной школе. — Он нахмурился и тяжело вздохнул. — Когда ученики куда-нибудь ездили на выходные, во время пасхальных каникул или на День всех святых, я их сопровождал. Мы с женой и детьми каждое воскресенье ходили на мессу. Я был уважаемым членом сообщества, меня ценили не только друзья, но и посторонние люди. Многие исследователи считают, что вера и религиозное поведение присущи только человеческим особям и имеют место во всех культурах. Они полагают, что в мозгу
— Что же случилось? — спросила его собеседница.
— Научное сообщество не сходится во мнениях на сей счет, — продолжил Макс, проигнорировав вопрос Кристины. — Одни считают, что вера имеет сугубо биологическое происхождение: сторонники дарвиновской теории уверены, что естественный отбор благоприятствовал верующим, потому что их шансы на выживание были выше. Мозг человека развивался и становился более восприимчивым ко всем формам верований, и в этом причина их широкого распространения по миру. — Бывший учитель сделал долгую паузу и посмотрел прямо в глаза хозяйке дома. — Я утратил веру в тот день, когда родители одного мальчика подали на меня жалобу за
Признание далось Максу нелегко. Кристина подняла голову, увидела, что у него увлажнились глаза, а на правой щеке забилась жилка, и из деликатности отвела взгляд.
— Для тех, кто распространял и передавал эти слухи, факт, что жандармерии не хватило доказательств, ничего не значил: мальчик отказался от своих слов, чтобы не иметь неприятностей, — продолжал ее гость. — Судья допрашивал его строгим тоном, на родителей надавили, и дело было закрыто…
У него на лбу выступили крупные капли пота, и Кристина вдруг подумала: «Этот человек отвык от замкнутого пространства».
— То были не подозрения. Меня «признали виновным». Каждый человек всегда в чем-то виноват, согласны? — усмехнулся Макс. — Слишком много слухов, слишком много псевдосвидетельств, понимаете? И вот уже поборники справедливости — заурядные мерзавцы, убежденные в своем праве, ждущие малейшей возможности, чтобы дать волю жестокости, — решили вершить суд самостоятельно. Моя семья жила в красивом доме — на окраине города, рядом с лесом: даже этот факт обернули против меня. Пошли разговоры: мол, он специально поселился на отшибе, чтобы творить всякие мерзости. Однажды вечером, когда мы смотрели телевизор, в окно гостиной влетел камень. Два дня спустя побили стекла в других комнатах. Потом — снова и снова. Негодяи не показывались, только выкрикивали из темноты грязные ругательства… Мы стали закрывать ставни, как только наступал вечер, а они все равно швырялись чем попало, устраивали нам побудку в три часа ночи…
