Это был первый спокойный вечер. Я сидела перед телевизором, Глеб лежал на диване и грыз яблоко.
– Как твои успехи с математикой? – поинтересовалась я.
– Нормально.
– Как репетитор?
Глеб задумался.
– Он тебе нравится или нет? – уточнила я.
– Пожалуй, да, – поколебавшись, ответил сын. – Он очень хорошо всё объясняет. Мы только два раза позанимались, а у меня уже на этой неделе «пятёрка» по математике.
– Здорово! – обрадовалась я. – Значит, он действительно классный учитель.
– Да, классный, – подтвердил Глеб. – Мужик что надо.
– Может, мне стоит с ним встретиться, как-то странно, что с ним ведёт дела Антонова. Я понимаю, что ей проще, но я всё-таки твоя мать, вдруг учитель подумает…
– Не подумает, – оборвал меня Глеб. – Какое ему дело до всего этого? Главное – математика, – и сын заискивающе посмотрел на меня.
– Ну да, разумеется, – пробормотала я, чувствуя непонятную тревогу и неумолимое желание выведать что-то у Глеба, но не зная, что именно.
Телефонный звонок вывел меня из задумчивости. Звонил Гордеев, в смысле Игорь – Светкин муж, брать фамилию которого Антонова в своё время категорически отказалась.
Признаться, я была немного удивлена. Не то чтобы мы с Игорем никогда по телефону не разговаривали, разговаривали, конечно, но, как правило, после предварительной беседы с Антоновой. Просто так, без повода, мы обычно не созванивались, так что моё удивление было оправданным.
После скупого приветствия Гордеев сказал:
– Майя, я хотел поговорить с тобой о Свете.
– Слушаю, – с готовностью отозвалась я.
– Ты не замечаешь, что с ней что-то не то?
– Как-то не обратила внимания, а что тебе кажется странным?
– Ну, она какая-то вялая, меланхоличная. Уже несколько дней оставляет меня без ужина и, по-моему, даже не замечает этого. Сегодня собиралась отправиться к тебе, но перед встречей решила обойти все магазины женской одежды и салоны красоты, объяснив это тем, что у нее, видите ли, депрессия, и ей нужно развеяться. Почему у нее депрессия, я не понял, думал, ты знаешь.
– Не знаю, – удивилась я. – Игорёк, у меня последние деньки выдались напряженные, я, может, что из виду упустила, но если Антонова сегодня придёт ко мне, то непременно у неё всё выведаю.
– Только ничего не говори ей о моем звонке, ты же Свету знаешь, – вздохнул Игорь.
– Знаю-знаю, – подтвердила я. – Можешь не объяснять.
Распрощавшись с Игорем, я не успела отойти от телефона, как он зазвонил снова. Это была сама Антонова. Бодрым голосом сообщила мне, что будет через десять минут. Я искренне попыталась уловить в её интонациях меланхолию, но тщетно. Ну, что ж, через десять минут мне предстояло выяснить, в чём дело, а пока…
Я не успела собрать мысли в кучу, как телефон опять подал признаки жизни.
– Прямо как в Смольном, – буркнул Глеб, делая телевизор громче. Я заткнула одно ухо пальцем, а к другому приложила еще не успевшую остыть трубку.
– Маюшечка, – защебетала трубка голосом новоиспеченного поэта. – Как ты там, радость моя? Не звонишь совсем.
– Дела были, – сухо ответила я.
– Ясно, – ласково отозвался Гришка и безо всякого перехода принялся сыпать подробностями недавнего бенефиса.
– Рада, что все прошло удачно, – прервала я его монолог, бросив взгляд на часы.
– Да-да, – подтвердил Гришка. – Не просто удачно. На мероприятии присутствовала руководитель отдела культуры. Так вот, она предложила устроить вечер поэзии в эту субботу. Я оказался в числе приглашённых, представляешь? Буду читать стихи, делиться опытом, отвечать на вопросы поклонников…
– Гришка, ты о чём? О каких поклонниках ты говоришь? А опыт? По-моему, тебе самому не мешало бы его поднабраться.
– Нет-нет, – запротестовал Гришка. – Если всё правильно обставить, то уже можно говорить и об опыте, и о поклонниках, и о… музе моей. Надеюсь, муза порадует меня своим присутствием?
Я немного растерялась.
– Даже не знаю.
– Да брось, Майя, суббота – выходной день. Бери Глеба, и приходите на вечер вдвоём, я еще Ксюшку приглашу, вам не будет скучно. А потом, как может быть скучно, если я буду читать стихи о тебе? Ведь так?
– Так, – нехотя согласилась я, ломая голову над тем, почему подобная перспектива не вызывает во мне умиления и чувства гордости, а наводит на мысли о нудном, неинтересном и бездарно растраченном выходном дне.
– Вот и отлично, – обрадовался Гришка. – Я тебе ещё предварительно позвоню перед мероприятием, сейчас пока увидеться не получится, буду готовиться к выступлению, хочется чувствовать себя перед публикой уверенно, так что…
– Я поняла, – быстро сказала я. – Готовься, и до скорого.
Опустив трубку на рычаг, я тяжело вздохнула.
– Глеб, – обратилась я к сыну, – Гришка приглашает нас в субботу на вечер поэзии, ты как?
– Не могу, – не думая, отозвался сын.
– Почему? – растерялась я.
– У меня репетитор.
– В субботу?
– Да, мам, на следующей неделе итоговая контрольная, скоро четверть закончится, помнишь? Так что нужно готовиться в ускоренном темпе.
– Я не хочу идти одна, – призналась я.
– Возьми Светку, – посоветовал Глеб. – Поржёте вместе.
