— Отцу? Нет. Он слишком жалок, чтобы его ненавидеть. Так никогда и не оправился после того, как мать ушла от нас. Все ждал, что она вернется, готовился даже. Всегда, как выпьет, сидит один на диване, смеется, болтает — как будто с ней, — а потом начинает всхлипывать. Она разбила ему сердце… Я часто убивал мужчин, Филип. Мне даже приходилось слышать, как они молили о смерти. Но я не помню более жалкого зрелища, чем плачущий отец.
Джошуа Форд, лежащий на полу, протяжно застонал. На него никто не обратил внимания.
— А где сейчас твой отец? — поинтересовался Макгуэйн.
— В Шайенне, штат Вайоминг. Он завязал. Нашел себе хорошую жену. Теперь помешан на религии. Обменял алкоголь на Бога — одну зависимость на другую.
— Ты хоть звонишь ему?
— Нет, — тихо сказал Призрак.
Они молча сделали по глотку.
— А ты, Филип? Ты ведь не был бедным. И родители тебя вроде не били…
— Родители нормальные, — согласился Макгуэйн.
— Я знаю, что твой дядя был связан с мафией и взял тебя в дело. Но ты ведь мог и не пойти к нему. Что тебя заставило?
Макгуэйн рассмеялся. Асселта удивленно поднял брови.
— Не думал, что мы с тобой такие разные, — объяснил Макгуэйн.
— А что?
— Ты раскаиваешься. Делаешь все, что нужно, отлично делаешь, получаешь удовольствие, но считаешь, что это плохо. — Он внезапно выпрямился. — Ах вот оно что!
— Что такое?
— Да ты опасней, чем я думал, Джон!
— Почему?
— Ты ведь приехал не из-за Кена, — сказал Макгуэйн. И добавил, понизив голос: — Из-за девочки, так ведь?
Призрак сделал большой глоток. Он промолчал.
— Опять же все эти выборы и альтернативные миры, о которых ты толковал… Думаешь, если бы Кен умер в ту ночь, все бы пошло по-другому?
— Это и в самом деле был бы другой мир.
— Но вряд ли лучший, — парировал Макгуэйн. — Итак, что теперь?
— Нам потребуется помощь Уилла. Только он может выманить Кена.
— Уилл не станет помогать.
Призрак поморщился:
— Я тебя что-то не узнаю, Филип.
Макгуэйн ухмыльнулся:
— Отец?
— Нет.
— Сестра?
— Слишком далеко, — махнул рукой Призрак.
— Но кого-то же ты имеешь в виду?
— Подумай…
Макгуэйн подумал. И расплылся в улыбке:
— Кэти Миллер.
Пистилло не сводил с меня взгляда, ожидая реакции. Но я пришел в себя быстрее, чем можно было ожидать. Все наконец начинало приобретать смысл.
— Вы схватили моего брата?
— Да, — кивнул он.
— Добились его выдачи и привезли в Штаты?
— Да.
— Тогда почему ничего не было в газетах?
— Мы это засекретили.
— Боялись, что узнает Макгуэйн?
— В основном поэтому.
— А еще?
Он только покачал головой.
— Вы по-прежнему хотели взять Макгуэйна?
— Да.
— А брата еще можно было использовать…
— Он мог помочь.
— И вы заключили с ним еще одну сделку.
— Скорее, возобновили старую.
Я увидел свет в конце туннеля.
— И включили его в программу защиты свидетелей?
Пистилло кивнул:
— Сначала мы держали его в отеле под охраной. Но дело в том, что за все эти годы многое из того, что знал Кен, устарело. Он по-прежнему был ключевым свидетелем — самым важным из всех, — но нам была нужна дополнительная информация. А значит — время. Мы не могли держать его без конца в отеле. Да и сам он не хотел. Тогда с помощью известного адвоката было заключено соглашение. Мы нашли для него уютное местечко в Нью-Мексико, он должен был жить там и ежедневно докладывать о себе нашему агенту. А когда придет срок — явиться сюда давать показания. При любом нарушении с его стороны мы возобновляли старые обвинения. Все, включая убийство Джули Миллер.
— И что же случилось потом?
— Об этом узнал Макгуэйн.
— Каким образом?
— Мы не знаем. Вероятно, утечка информации. Так или иначе, он послал к вашему брату двух громил.
— Два трупа в доме…
— Да.
— Кто убил их?
— Скорее всего, Кен. Они недооценили его. Убил и снова скрылся.
— И теперь вы хотите его вернуть…
Взгляд Пистилло скользнул по фотографиям на холодильнике.
— Да.
— Но я не знаю, где он.
— Теперь я в этом убедился… Послушайте, может, мы где-то и напортачили… Всякое случается. Но Кен должен вернуться. Мы обеспечим круглосуточную охрану, надежное жилье… Все, что он захочет. Это, так сказать, пряник. А кнут — это то, что его тюремный срок сильно зависит от готовности сотрудничать.
— А что вы хотите от меня?
— Рано или поздно он придет к вам…
— Почему вы так уверены?
Пистилло вздохнул, разглядывая стакан.
— Почему вы так уверены? — повторил я.
— Потому что, — сказал он, — Кен уже звонил вам.
Я ощутил свинцовую тяжесть в груди.
— Мы засекли два звонка из автомата, который находится вблизи дома вашего брата в Альбукерке, — продолжал Пистилло. — Первый раз звонили примерно за неделю до того, как были убиты два бандита. Второй раз — сразу после убийства.
Странно, но я был не слишком потрясен. Должно быть, в глубине души ожидал чего-то подобного.
— Вы ведь не знали об этих звонках, правда, Уилл?
Я судорожно сглотнул, подумав о том, кто, кроме меня, мог взять трубку.
Шейла…
— Нет, — ответил я, — не знал.
Пистилло кивнул:
— Ну вот, а мы тогда, понятное дело, подумали, что по телефону разговаривали вы.
Я взглянул на него:
— А какое отношение ко всему этому имеет Шейла Роджерс?
— Ее отпечатки нашли на месте убийства.
— Это я уже знаю.
