Дворецкий выкатил глаза и попятился. Что больше ввело его в шок, интонация, с которой я произнёс эти слова или красная от крови броня, осталось загадкой.
– Граф Грозин тоже громовержец? Как и твой отец? – Темников осмотрел роскошное убранство особняка. Даже по местным меркам оно сильно бросалось в глаза своей изысканностью. С этим я полностью солидарен с бароном.
– Да. У нас это семейное. По мужской линии. За исключением меня, разумеется. Мне досталось противоположное свойство дара. Я зайду один. У меня с ним личные счёты.
– Мы прикроем. Мало ли чего там, – кивнул Темников.
Я уже было взошёл на ступени лестничного пролёта, как меня окликнул Игнатов.
– Не забывай, виконт, кто мы есть. Защитники не убивают просто так.
– Я буду сдержан. Не хочется запятнать память отца методами, которыми пользовался его брат.
Через минуту я стоял перед дверью кабинета отца.
«Надо сказать, ты единственный, кто продвинулся к цели так близко», – в голове снова появился Сигбаурд.
– К чьей цели, старик? К своей или твоей?
«Пока мы вместе, цель у нас одна. А теперь иди и забери то, что по праву принадлежит тебе!»
– Что правда, то правда, – я толкнул дверь и она открылась.
Дядя сидел во главе массивного стола с резными, в форме молний, ножками.
За его спиной висели портреты всех глав Рода Грозиных, начиная от древних и заканчивая моим отцом.
Я вошёл в комнату и остановился прямо напротив стола, так чтобы оказаться лицом к лицу с предателем Рода.
Грозин всё это время не спускал с меня глаз.
– Наверное, сейчас ты испытываешь неописуемое чувство гордости, племянник?
– Мне нечем пока гордиться. До тех высот, которых достиг мой отец, не так-то легко добраться. Честным путём.
– Видимо, до них ты так и не доберёшься, чёртов выродок!
Честно говоря, я почему-то упустил этот момент из виду. Грозин вскочил и выхватив револьвер, три раза нажал спусковую скобу. Громыхнули выстрелы.
Револьвер оказался рунным. Напитанные энергией молний пули ударили мне в грудь, разрядившись почти одновременно.
Я отлетел в стоящий позади шкаф и только потом сообразил, что произошло. Ах ты ж, дядюшка! Всё в лучших традициям самого тебя! Наверное, так же хладнокровно ты разделался и со своим братом, отравив его или как сейчас ударив громовым разрядом.
Только тебе, наверное, невдомёк, что этот фокус не сработает со мной! У меня, в отличии от всех вас, с невосприимчивостью к молниям всё в порядке. А дар громовержца, да и бог с ним. Наверное, он исчезнет вместе с тобой.
Я встряхнул головой и прошёлся рукой по нагрудной броне. Щитки разворотило, но пули они всё же остановили. Вот они, маленькие сеянцы смерти, ещё горячие и немного щипаются остаточной энергией молний. Без пассивок и брони в этом мире несладко. Что ж!
Грозин вышел из-за стола, когда дверь в кабинет распахнулась и на пороге возник Наговицын. Жахнули они почти одновременно. Дядя своим родовым даром, а Наговицын усиленным воздушным тараном.
Обоих со страшной силой отбросило в стороны, а сам кабинет превратился в нагромождение перемолотой мебели.
Я перекатился на бок и встретился взглядом с дядей. Тот лежал от меня в трёх метрах. Его левая рука болталась на обрывках рукава, а правая набирала энергию для следующего удара. Лицо было искажено ненавистью и безумной яростью.
– Сдохни, тварь! – сгусток мощнейшего грозового шара затрепетал в его руке. – Скоро всё грёбанное потомство твоего отца канет в вечность! И ты и этот его ублюдок!
В этот момент я выкрутил гравипресс насколько хватило сил и сконцентрировал его на том месте, где лежал дядя. До ушей донёсся хруст сдавливаемых костей.
Грозин уставился на меня удивлённым взглядом, а через секунду, сжавшийся до размеров яблока, фиолетовый шар в его руке заискрил и взорвался.
***
– Держись, друг! Не время подыхать!
Над самым ухом кто-то заговорил. Я разлепил глаза и увидел Темникова. Он и ещё несколько клановцев вытаскивали меня из-под нагромождения раскуроченной мебели и опавшей штукатурки.
– Да в порядке я. Просто задремал немного.
– Ага! Нашёл место для отдыха. Всё цело?
Я пробежался магическим зрением по своему телу, но ничего кроме ссадин и ушибов не обнаружил. Только каналы, по которым протекала магическая энергия, стали как-будто в два раза крепче и мощнее. Это что меня так прокачало? Двойная прожарка молнией?
– Жить буду. Как там Наговицын? Последний раз мы встречались, когда он вылетел из кабинета.
– Одним зубом меньфе, одним больфе. Фсё рафно золотые хотел фстафлять, – передо мной замаячила улыбающаяся физиономия виконта. У него и в самом деле отсутствовали почти все передние зубы. – Как думаефь, леди Фиктория согласится пойти со мной на сфидание?
– Только если ты будешь хранить таинственное молчание! – за меня ответил Темников. – Ну и угораздило же тебя, Серёга! Давай, помогай.
