— Мария, эээ Роза Мария.
— Роза Мария гвооришь. Терри, ты слышал что-нибудь о том, чтобы в больницу поступала старушка с таким именем.
— Нет. Я, если честно, про такую вообще не слышал. А ведь живу здесь от рождения.
Фараоны подошли совсем близко и засветили фонариком в лицо волшебнику. Тот зажмурился и прикрылся рукой.
— Эка, малой, — сказал толстый. — Да я и тебя в первый раз вижу.
— Молодой человек, пройдемте с нами.
— «
Копы расслабились. Зря. В тот же миг, мальчик со всей силы, умело пнул тощего под колено. Фараон взвыл подбитой собакой и запрыгал на одной ноге, вскоре и вовсе рухнув на колени. Толстый мигом обнажил дубинку, но он был практически одного роста с Гебом. Именно поэтому парнишка, не растерявшись, в стиле Чака Норриса, ударил ногой с разворота. Удар получился отменным. Фараона как тараном снесло к забору. Видимо сказалось то, что к ускорению и инерции, прибавился еще и вес гитары, висевшей за плечом.
В тот же миг парнишка сорвался с места и понеся вниз по улице. Он бежал и не мог сдержать смеха, вспоминая как лихо уделал фараонов. А эта вертушка... кому расскажешь — не поверят. Ланс, скорее инстинктивно, а один рефлексах, петлял по улочкам, сворачивая в самые узкие и тесные проулки, он избегал фонарей, и крался среди заборов. Он бежал за скользящими машинами, а порой застывал за углом высокого дома. Но сколько бы он не оборачивался, не ждал и не искал, но ни копов, ни их машины так и не показалось. Либо полицаи прийти в себя не могут, либо деревенским, по большому счету, нет дела до столь ретивых «преступников».
Проныра остановился лишь у шоссе, оставив за спиной столбик с названием города и количеством жителей. Парень посмотрел на палочку, заткнутую за пояс, потом на лес и снова на палочку. Да, он, конечно же, мог снова взывать этот Ночноый Рыцарь и за пару мгнвоений добраться до Норы, но это было бы... скучно. Да-да, совсем скучно и безынтересно. А вот пересечь ночной лес, продираясь к цели, это было захватывающе. В мальчике проснулся, как это называют бывалые авантюристы — «дух охоты». Поправив бандану, Геб нисколько не боясь, нырнул в кустарник.
Ночной лес нисколько не пугал мальчика. Здесь было достаточно светло, благодаря ярко сверкающей луне и пылающим равнодушным пламенем звездам. Герберт шел по тропинке, как ему почему-то казалось, ведущей к долине, где стоял волшебный дом. Ланс не боялся далеких, туманных шорохов опасно щекотящих слух, не боялся и треска веток совсем рядом, уханья сов и далекой, призрачной волчьей песни. Он просто шел, насвистывая мелодию о трех прилетевших птичках на утренний порог и о том, что все проблемы когда-нибудь исчезнут и поэтому не стоит грустить.
В какой-то момент, Герберт перестал замечать время, просто бредя по тропинке, иногда перепрыгивая овраги, или какую-нибудь высокую корягу. Но все же день был довольно насыщенный, и вскоре парнишку стало нещадно клонить в сон. Возможно, вы подумаете что Проныра сошел сума, но, уверяю вас, пока еще нет. И все же, парень, будто не замечая что он в густой чаще, просто прислонился к дереву, поставил перед собой футляр, обняв его руками и закрыл глаза. Сон настиг его моментально, унося в мир, где в самых темных замках, живут самые прекрасные сказки.
Проснувшись, Герберт сперва подумал что он прикорнул в каком-то шубном магазине. Головой он лежал на какому-то буром, теплом меху, укрывало его серое, горячее одеяло, и всюду, куда не посмотри, была та самая шерсть. Ланс встряхнул своей гривой, замечая что ночью бандана совершила попытку к бегству, но так и не успела уйти слишком далеко. Мальчик намотал на голову ткань, оставляя сзади своеобразный хвост волнистых волос. Некоторое время после этого ритуала, парень пребывал в ступоре. Ровно до тех пор, пока вся поляна, где утроился на ночлег волшебник, не стала оглашаться протяжными зевками.
Одеяло вдруг поднялось с Геба, лизнуло его в нос и стало кружить вокруг, потягиваясь и вертя хвостом. Подушка, оглушив своим ревом, поднялась на задние лапы и стала царапать соседнее дерево длинными когтищами. Тут и там мелькали какие-то белые, серые и желтые тени. Ланс чуть сознание не потерял, когда понял что спал он на спине бурого медведя, укрывал его серый волк, а вокруг прикорнуло еще с десяток зверей. Здесь были другие волки и волчата, зайцы, лисы и лисята, медвежата, две росомахи, одна рысь и два барса, вдалеке, у самого края, олень с оленихой и даже лось.
