Наверно, любой нормальный человек, тут же бы, как минимум испугался, но только не Герберт. Он даже не понял, почему подумал о том, что надо боятся. Вдруг, на колени парнишке забрался маленький медвежонок, словно маленький ребенок, протянувший лапы к лицу паренька. Ланс подхватил зверька на руки и стал вертеть. Медвежонок радостно утробно взревел, а здоровая подушка-медведица смотрела на происходящее абсолютно спокойным взглядом. Все же, вероятно мальчик сделал это зря, так как мгновение спустя его буквально затопил меховой вал из верещащих щенков, медвежат, зайчат, лисят и прочих представителей пушистых пород. Все они легонько кусали мальчика, дергали за штаны, уши, майку и лизали в нос и щеки.
Герберт, смеясь, пытался от них отмахнуться, а потом схватив футляр и стал бегать от своры. Вскоре к игре присоединилось и взрослое поколение. Оно носилось вокруг волшебника, иногда толкая его, теряясь об ноги или об руки. Как бы то ни было, буквально через десять минут, его все же повалили на земли и затопили в теплом меху. Парень смеялся и брыкался, пытаясь выбраться наружу. Никто не знает, сколько времени прошло за игрой, но в какой-то момент, Ланс будто вынырнув из тумана, вспомнил что ему надо возвращаться.
— Мне надо идти, — сказал он.
Звери прекратили возиться и с грустью посмотрели на мальчика. Подошедший волчонок, ткнулся своим носом в ладонь мальчика. Медвежонок, свалившись с плеча Геба, подошел к своей маме-медведице и грустно проревел.
— Но если вы так хотите — я приду еще, — улыбнулся Ланс.
Звери тот час на разные лады начали вопить, лаять, рычать, реветь, мычать и радостно скакать вокруг. Парень поправил футляр, подхватил футляр и развернулся в сторону Норы. Не успел он сделать и шага, как перед ним во весь свой исполинский рост, встал олень с королевскими, ветвистыми рогами.
— Ты хочешь прокатить меня? — удивился мальчик.
Олень все так же смирно стоял.
— А... на перегонки, — протянул парнишка.
Проныра, даже не понимая, что ему не одолеть в беге животное, вдруг сорвался с места. Позади послышалось ржание, и вскоре за ним бросился копытный, а с ним и вся своры. Мальчик, даже не ощущая того, несся по тропинке словно ветер. Порой он буквально перелетал широкие ручьи, глубокие овраги и высокие пни. Рядом с ним, но все же чуть отставая, бежали и звери. Лисы соревновались в скорости с волками, олени с лосями, медведи пыхтели где-то позади, сетуя что такие скорости им не подвластны. Индифферентные росомахи, под насмешки птиц, так и остались на поляне. Рыси, словно тени, мелькали среди деревьев, изредка пугая травоядных, а барсы, распушив свои длинные хвосты, иногда перепрыгивали волков, демонстрируя свое природное нахальство.
А мальчик все летел, смеясь, так же как и когда-то в Волшебном Лесу. Он так и не заметил всего, что происходило вокруг, но через неопределяемый промежуток времени, сквозь просеку показалась долина, и стоявшая по центру Нора. Ланс замер и оглянулся. Рядом стоял лишь олень, единственный кто поспел за ребенком.
Обладатель самой колоритной шевелюры, подошел к парнишке и наклонился, ткнув мордой в лоб мальчику.
— Завтра, уже завтра я буду здесь, — прошептал мальчик, потрепав зверя за шею.
С этими словами мальчик развернулся и, не оглядываясь, пошел к Норе.
* * *
Герберт, скрипнув входной дверью, оказался в гостиной и застыл. На него смотрели как на воскресшего из мертвых Мерлина. То есть выпучив глаза и открыв рот. Что самое удивительное, в доме собралась не только вся семья Уизли, но еще и директор с на какую-то часть гоблином.
— Что за митинг? — спросил мальчик.
— Герберт! — воскликнула Миссис.
С ненормальной для своей комплекции скоростью, мать семейства вскочила с диванчика, подбежала к пареньку и попыталась заключить в свои знаменитые, Хагридовские объятья. Ланс увернулся.
— Гитару помнете, — буркнул мальчик, скрываясь за сервантом.
— Мистер Ланс, — мэм, словно флюгер, вдруг посерьезнела. — Постарайтесь нам объяснить, где вы пропадали все это время.
— Это время? — мальчик так и не понял, чего от него хотят.
— Тебя не было весь день и всю ночь!
— Ну я гулял. Даже записку вроде оставил, — пожал плечами Геб, все еще непотливо глядя на профессоров.
— Гулял?! — раненным бизоном взревела Миссис.
— Молли, — одно словно Дамблдора, остудило уже начавшую накаляться обстановку. — Герберт, не расскажешь нам, зачем ты сбежал.
— Сбежал? — парень все еще летал в астрале. — Да никуда я не сбегал! Прошыврнулся по ларькам, потом решил напрямки через огороды, то бишь лес, пройти, но устал и задремал.
— Задремали? — удивился директор. — В лесу?
— Нет, в морге. Радуйтесь и внимайте — я воскрес и вернулся вершить дела.
— Мистер Ланс, — хихикнул Флитвик. — Вы слишком взволнованны.
Да, когда Геб волновался, то всегда переходил на манеру речи приютского бандита.
