От этого Люпина действительно потягивало лесом и, что довольно подозрительно — волком. Но это не был наносной запах, который выносишь после прогулки или встречи с животным, это был личный запах этого человека. Но, несмотря на то что Ланс любил такие запахи, от профессора пахло чуть по другому. Не приятно-освежающе, а скорее чуть грязновато и болезненно. Это не был настоящий лес и волк, а лишь какое-то подобие, причем — магическое. Внезапное догадка озарила разум юноши.
— Дэнжер, когда было последнее полнолуние?
Девушки опешила и беззвучно открыла рот.
— Ой, давай быстрее, я ж знаю, что девушки секут в таких делах.
— Вчера, — ответила Гермиона.
Проныра обернулся, внимательно посмотрел на Трио и осознал, что те ничего не понимают.
— Мдаааа, — протянул Ланс. — Ебнврт, дед совсем двинулся. Может я ему дольки просроченные подарил? — Проныра нагнулся, вытащил свой сундук, открыл крышку и стал копаться по кармашкам, приговаривая: — Да где же он... Куда подевался, мелкий засранец. А вот и ты!
Парень выудил из недр торбы блестящую финтифлюшку, которая на поверку оказался крестиком на цепочке. Это был подарок священника. Но то не был простой крестик, а крестик сделанный из чистого серебра. А серебро, как известно, отлично противостоит тем, от кого доносится запах леса и волка.
Ланс быстренько поддел цепочку под рубашку, а потом повесил крест на грудь. Придется ему год походить с таким украшением. Почему год? Ну так «ЗоТники» больше не держаться. Видать слишком хлопотная работенка. В версию про «проклятую должность» Геб верил слабо.
— Ладненько, — Проныра убрал сундук обратно и хлопнул себя по коленям. Он достал из нагрудного кармана пачку «Pirate’s Dream», а из заднего — зажигалку Zippo на которой теперь красовалась не только эмблема знаменитого виски, но и самые разнообразные Младшие руны и даже одна Старшая. — Кто со мной на перекур?
Картина маслом — разрыв парадигмы бытия. Лишь завидев сигареты в руке однокурсника, домашний пай-ребятки выпали в натуральный осадок и даже не могли собрать глаза в кучку.
— Что, никого? — чуть расстроился Ланс.
За последние дни отдыха он привык проводить перекуры за разговорами, а не в гордом одиночестве.
— Ты... ты... ты куришь?! — взвилась Гренджер, которая аж раскраснелась от такого вопиющего, по её мнению, поведения.
— Все ясно с вами, — вздохнул Ланс и вышел в коридор, захлопнув за собой дверь.
Юноша уже ждал что сейчас сюда ворвется разъяренная Дэнжер, но та либо слишком ошалела, либо наконец поняла, что вопрос перевоспитания Герберта ей не по зубам. Да и вообще — никому такой вопрос не по зубам.
Ланс подошел к окну, дернул за ручку и распахнул форточку. В лицо ударила морось хлещущего дождя, а в ноздри — ночной запах. Поезд уже миновал городские и даже посёлочные зоны и теперь пыхтел среди полей и трав. Герберт щелкнул кремнем, поджёг сигарету, а потом с наслаждением втянул чуть дурманящий дым, наслаждаясь ароматом морского бриза. Немного подержав его в легких, Проныра выдал пять толстых дымных колечек — его этому научил один Канадец, нормальный парень, курящий не табак, а некую растительность, от которой Ланса пробивало на неудержимый хохот.
Ночной ветер ласкал лицо, унося с собой белый, плотный дым, похожий на облака страны лилипутов — такие же маленькие, но пушистые. Мысли сами собой чуть замедлись, на душе стало спокойней и все вокруг показалось тягуче-размеренным. В такие вечера, Ланс всегда задумывался, а как там его друзья из приюта? Наверно Рози уже во всю отбивается от кавалеров, а Кэвин во всю помогает ей в этом. Ни для кого не было секретом, что Брикс влюблен в рыжую пацанку. Ни для кого, кроме самой пацанки. Что же до Гэвза, то тот, скорее всего, постигает сложную науку бокса, по которому тот фанател, доходя в своем поклонении до безумия.
А может быть, три друга сейчас сидят в их комнате в «св. Фредерике» и точно так же дымят, смотря в окно и думая о том, как поживает их друг в этой странной академии под названием «Хогвартс». И Ланс бы, услышав такой вопрос, вместо ответа протянул кипу писем, которые он пишет вот уже третий год каждую пятницу. В комнате, после каждой строчки, раздавался бы звонкий смех и друзья частенько бы глумились над своим другом. А тот, не краснея, гордо выпячивал бы грудь и вздергивал подбородок.
Герберт посмотрел на ополовиненную сигарету. Да — курить в одиночестве поганая затея. Всегда тянет на философствование или нечто близкое к тому. Но с кем тогда подымить в школе? Из старших курило только двое, но они были, как бы это сказать — увлечены друг другом. И присоединяться к их компашке не хотелось ну ни в какую. А из остальных любителей подымить. были только Снейп и Спраут.
Проныра хихикнул, представив как он попытается стрельнуть у Сальноволосого сигаретку. Возможно декан даже поделиться — просто не отойдёт от шока, что кто-то посмел подойти к нему с такой просьбой. Это была бы просто ошеломительная шутка, достойная упоминания наравне со Скорбной неделей.
