Меж громадных каменных обломков и склонов лежала, слегка дрожа, гладь небольшого круглого озерца. Тёмная, синяя кристально-чистая вода отражала звёзды и тучи так, будто там, внизу, лежало второе небо; половинка луны тоже дрожала там, внизу, а на другом краю в озеро с плеском вливался звенящий маленький водопад, разбивая отражение и расходясь кругами по воде. Ручей, вдоль которого шли коты, стал совсем небольшим и стекал вниз из озера где-то под скалами. Атмосфера величественности и волшебства здесь ощущалась особенно сильно; от воды пахло по-особенному, и Пшенице показалось, что именно так пахнут звёздные предки, когда приходят во снах — водой, камнем и холодом. Пятеро целителей тем временем расселись по берегу и лизнули воду, один за другим погружаясь в тихую чарующую дрёму.
— Так вот оно какое, Лунное озеро, — в благоговении прошептала Пшеница и села. Теперь она явственно ощущала, что это не идёт ни в какое сравнение с визитами во сне. Уткохвост плюхнулся на землю среди камней и свернулся в клубок.
— Я… посплю немного, — пробормотал он и зевнул. Через пару минут кот уже спал; Пшеница же не могла оторвать взгляда от дрожащих звёзд на воде. Ей казалось, что они движутся. Кошка легла рядом с соплеменником так, чтобы видеть озеро и сопящих на камнях целителей. Звёзды всё ещё двигались, теперь отчётливо и ясно; воительница вдруг увидела, как они в круговороте света превратились в фигуры, сотканные из звёзд, и от толпы отделились три, нет, четыре кота и направились прямо к ней. Пшеница в смятении посмотрела на своих спутников — все они спали. «Я тоже сплю?» Она шагнула ближе к четвёрке знакомых звёздных воителей.
— Приветствуем Избранницу у Лунного озера, — этот шёпот был будто бы ничей и в то же время общий. Казалось, всё Звёздное племя сейчас поприветствовало её. Пшеница кивнула, не сумев вымолвить ни словечка, и лишь старательно избегала смотреть в глаза котам, предпочитая осматривать безмолвные ряды.
— Ты до сих пор ничего не предприняла, — в голосе Падающей Звезды звучал укор и гнев, но Пшеница в изумлении поняла, что за ними стоит безмерная усталость. Древоточец, полосатый бурый кот, взмахнул хвостом.
— Всё-таки зря мы её выбрали.
— А вот и не зря! — фыркнула кошка. Всё очарование и трепет как ветром унесло. Они что, сговорились каждый раз её ругать? Нельзя хоть раз нормально пообщаться? — Скажите, что мне делать, и всё!
— Тебе от природы даны мозги, научись уже ими пользоваться, — хмыкнул Зубоскал. Пшеница вспыхнула от негодования, но тут вперёд легко вышла Снегопадница, и она замолкла. Белая кошка, почти неразличимая во мраке, подошла и серьёзно взглянула ей в глаза.
— Тьма всё ближе. Мы надеемся на тебя. Пожалуйста, не подведи.
Вдруг звёздные воители подернулись рябью. Перед взглядом промелькнули какие-то картины — маленькие котята… лежащий на земле кот… битва… Мёртвое тело, какое-то очень знакомое, крик и белый свет. Ещё несколько долгих секунд звёзды мерцали перед взглядом Избранницы, а затем она открыла глаза. Она лежала рядом с Уткохвостом, на небе вновь сомкнулись тучи, а целители пробуждались. Кошка потрясла за плечо золотистого соплеменника, и тот вскочил, хлопая глазами. Остальные уже поднимались к ним. Пшеница попыталась угадать их эмоции, прогоняя остатки сна — всё равно ничего нового ей там не сказали. Тёплый выглядел даже более напуганным, чем обычно. Может быть, ему послали видение? Он кивнул воителям, и вновь воссоединенный отряд направился в обратный путь. Где-то за облаками занималась заря.
Отряд распался на границе, сразу же, как только они вернулись на территорию племён. Всю дорогу целители болтали о каких-то травах, болезнях, так что Пшеница была даже рада попрощаться с ними и с этими скучными беседами, в которых не могла принять участие. Прибой, Мышеуска и Крыло Ворона побрели дальше, вдоль ручья к озеру, а старая Можжевельница углубилась в лес. Ветряные перескочили на свою сторону границы.
— Тёплый, а что тебе звёздные предки сказали? — поинтересовалась воительница, усиленно стараясь выбросить из головы это гипнотическое очарование Лунного озера и укоряющие взгляды предков. Кот посмотрел на неё испуганными жёлтыми глазами и покачал головой.
— Это первым должен узнать Молнезвёзд, — тихо сказал он. Пшеница фыркнула. Подумаешь. Если б ей это было так нужно, она бы применила Убеждение — на Тёплого быстро подействует. Целитель свернул с тропинки и пошёл куда-то в сторону.
— Эй, Тёплый, вообще-то, лагерь там, — крикнул Уткохвост, указывая хвостом в направлении тропы.
— Я хочу проверить, начали ли расти целебные травы, — пояснил кот. — Тут недалеко есть одно место, где постоянно растёт мать-и-мачеха, а она как раз появляется рано и цветёт одной из первых. Вы можете вперёд идти, если надо, конечно…
— Ну вот, теперь ещё и за травками тащиться, — фыркнула Пшеница. Лапы ныли от усталости, но ночной сон придал немного сил. — Эй, Уткохвост, айда наперегонки до того холма?