Солнце уже прошло большую часть своего ежедневного пути по небу и сейчас висело над горизонтом, зацепившись за него лучами. Несколько рваных полос облаков рыжели вдалеке, ещё один цветной отрывок проплывал над головами, но ни один из них не смог бы затмить луну сегодня ночью. Соплеменники выглядели в глазах кота чуть более оживлёнными, чем обычно, но Крылатый не знал, из-за Совета это или просто из-за того, что он сам решился действовать. Бродяги знали о предстоящем собрании, но что решит Молнезвёзд и кого он поведёт, оставалось загадкой.
Призыв со Скалы заставил котов собраться вокруг. Как же фальшиво звучал старый клич среди окруживших племя захватчиков! Ветряные переминались с лапы на лапу вяло, даже не перешептываясь, и воин с ужасом отметил, что больше не удивляется этому. Лишь котята Туманницы болтали со старшими бродягами, нарушая зловещий покой. Завитой сел слева от Крылатого, Рассвет справа, и это молчаливое соглашение только укрепило неожиданную решимость палевого воина. Хватит бояться. Он не один.
— Дорогие соплеменники, как вы знаете, этой ночью пройдёт Совет племен. Скоро взойдёт луна, — заговорил Молнезвёзд, иногда оглядываясь: Лёд смотрел на него сзади, тоже как-то оказавшись на Скале. — Настала пора решить, кто пойдёт на остров сегодня.
— Слушай, — шепнул Завитой брату, но Крылатый уже и сам насторожил уши. Что-то не то. Молнезвёзд снова задумался на пару секунд, и нечто странное промелькнуло в его позе или в выражении морды.
— Осеннецветик пока больна, и Цветинка останется приглядывать за ней, но Мышеуска идёт вместе с нами. Также я возьму Волколапа, Буревестника, Голубику… — он обвел племя взглядом ещё раз. — Песчаника, Мятлолапку, Ласку и Крылатого. И Ночницу — ей полезно будет развеяться. Выбор окончателен.
Крылатый нахмурился. Какой-то необычный набор котов… А потом он понял: Молнезвёзд собрал в большинстве своём тех, кто не будет сопротивляться его решениям. Ночница с Буревестником, Голубика с дочкой, Волколап — у всех них был повод молчать. Надежда оставалась только на Мышеуску и Песчаника, но и те были совершенно безынициативны. Крылатый неровно вздохнул. Неужели он там — единственный, кто будет действовать? А как же Завитой с Рассветом? Сможет ли он справиться в одиночку?
Он сказал себе: сможет. Не для того он столько думал и собирался с духом, чтобы отступить. Надо попытаться. Тем более, раз его взяли, Молнезвёзд ничего даже не подозревает. И кот шагнул вперёд.
— Выходим, когда взойдёт луна! — крикнул предводитель и с каким-то облегчением спрыгнул со Скалы вниз. Названные коты стали собираться небольшой кучкой, остальные же расходились, как ни в чём не бывало.
— Канарейка, пожалуйста, пригляди за моими детьми! — почти что пискнула Ночница, подбежав к детской. — Возьми себе в помощь кого-нибудь из воинов, если надо. Только уложи их спать, как только мы уйдём. И не давай много есть на ночь, но если начнут хныкать — можно поделить мышку. И посмотри, чтобы Клеверушка не заняла всё гнёздышко, пожалуйста, иначе Тихоня опять уснёт на земле!
Королева кивнула, на всякий случай обернувшись. Лопушок, что попытался высунуться из-за лап матери, был тут же отправлен обратно, а Туманница, слышавшая разговор, тихонько вздохнула. Крылатый почувствовал сбоку прикосновение шерсти.
— Значит, мы не сможем действовать вместе, — тихо проговорил Рассвет. Его взгляд, сосредоточенно-недовольный, переместился с Завитого на Крылатого. — Всё остаётся в силе?
— Да, — кивнул он, стараясь заглушить стук сердца. — Я попробую сделать это, пусть даже без вас.
— Может, получится пробраться тайком? — предложил было Завитой, но Крылатый покачал головой.
— Молнезвёзд потом заметит и, не дай звёзды, начнёт подозревать нас.
— И всё-таки неладно, что Молнезвёзд берёт с собой так мало котов, — фыркнул кудряш и оглянулся. — Эй, спорим, он будет продвигать свою историю про то, что бродяги «просто гостят»?
— Определённо будет. Но не станут же абсолютно все воины и Мышеуска поддерживать его? Может, я смогу достучаться до Созвездия?
— Давай. Мы надеемся на тебя.
С этими словами Завитой подтолкнул брата к кругу идущих на Совет, и Крылатый, кивнув на прощание, пошёл к ним. В голове клубились сомнения — но на него надеялись два лучших друга, и, вспоминая оплеуху Завитого, воин не мог отступить без попытки. Пусть он один, но кто знает, вдруг получится?
Когда пустошей коснулся холодный луч луны, Молнезвёзд повёл отряд вперёд. Коты иногда поглядывали на небо, и Крылатый разделял их недоумение. Зачем выходить так поздно?
Чтобы прийти последними, понял он. Чтобы, если кто-то попытается заговорить с другими племенами, они это сделали уже после докладов предводителей. Хитро. И так же коварно, как и всё, что делал Молнезвёзд в последнее время.