— Осталось немного до воинской палатки, — охотно откликнулся Листоцвет. — Там несколько котов, и они, возможно, копают навстречу… Или хотя бы пытаются.
Крылолап вполуха слушал болтовню сестры, работая лапами. Буревестник копал в другом месте. Пересвет также присоединился к освобождению воинской палатки, однако он не стал копать ко входу, а залез прямо на сугроб.
— Льдистая! Помоги мне, — громко позвал он, и белоснежная кошка метнулась к нему. Крылолап почти почувствовал, как напряглась Пшеницелапка. Опять она со своими глупыми обидами!.. Неужели непонятно, что всё это осталось в далёком прошлом? Пересвет и его, очевидно, подруга принялись раскапывать снег сверху вниз. Там им не пришлось долго трудиться. Вскоре бурый воитель остановился и наклонился.
— Всё в порядке, мы скоро вас освободим, — дошел до Ветряного оруженосца голос Пересвета. А в ответ ему — приглушённый, словно из-под земли.
— Снег частично в палатке, но все целы. Кленохвостка пытается прокопать возле входа.
Словно в подтверждение неясных слов чуть ниже того места, где стояли Пересвет и Льдистая, снег пришёл в движение. Тенекрыл метнулся туда, но Пересвет его опередил; он спрыгнул вниз и сунул морду в снег, после потянул на себя с силой, упираясь лапами в едущую поверхность. Пшеницелапка не выдержала. Она легко подбежала ближе и, нырнув прямо в белую массу, подтолкнула снизу. Пестрая кошка выбралась наружу. Её шерсть стояла дыбом.
— Пойдём, тебе стоит показаться Можжевельнице, — спокойно сказал Пересвет и подставил воительнице плечо. Та неясно огрызнулась в ответ и, пошатываясь, побрела к целителям.
А тем временем Крылолап совместно с двумя Грозовыми не стали терять времени. Они, переглянувшись, подбежали к той яме, из которой вылезла их соплеменница, и принялись копать уже оттуда. Вскоре показались ветви боярышника. Воителей, сидящих внутри, уговаривать долго не пришлось — они сами выскочили наружу и побежали прямиком к целителям.
— Это всё, — сообщил Тенекрыл. — Эй, Угольник! Все на месте?
— Все! — откликнулся глашатай, стоящий внизу, возле других палаток. — Спускайтесь. Остальное раскопаем завтра.
Крылолап повернул голову. Снежный нанос заметно пострадал, и его ровная поверхность была испрещена ямами и дырами. Снег, взбитый лапами, лежал некрасивыми кучками.
— Спасибо за помощь, — услышал он и тотчас спохватился, поворачиваясь обратно. Говорила Созвездие. Осеннецветик сидела напротив предводительницы. — Заночуете у нас? Место найдётся. Уже вечер, небезопасно идти домой в темноте.
— От лица всех патрульных принимаю твоё предложение, — церемонно ответила глашатая. Крылолап поднял голову. Вечер?
Облака, словно шаловливые котята, бежали, обгоняя друг друга. Кое-где на фоне серой пелены выделялись темные, объемные тучи, но они молча проходили мимо, не роняя ни единой снежинки. Да, только теперь, когда работа была окончена, Крылолап сквозь редкое над оврагом переплетение ветвей разглядел, что небо заметно потемнело. Стало холоднее. Одновременно лапы, будто бы почуяв скорый отдых, заболели и заныли. Кот поморщился. Ничего, потерпит. Травы пускай расходуются на тех, кто попал под завал. Тёплый пичкал каким-то лекарством упрямого воителя, рядом стояла уже знакомая Лучелапка и сладко позевывала. Крылолап тоже зевнул. Самое время свернуться в гнёздышке и как следует поспать. А еда, ужин… Он в чужом племени. Не стоит.
— Вы будете спать со мной в ученической палатке, — удивительно, как за эти несколько секунд Лучелапка оказалась рядом. — Угольник сказал, воители поспят у старейшин, а оруженосцы и Осеннецветик со мной. Я сейчас единственная ученица… — с грустью добавила она. — Пойдём.
Крылолап проследовал за ней к дальнему краю поляны. Аккуратная палатка доверия не внушала, но глашатая спит вместе с ними, а значит, ничего страшного. Кот пролез под ветвями, поморщился, когда спину царапнули шипы, и лёг на нетронутую кучку мха. Пухолап появился почти сразу же. Крылолап сощурился. Да уж, Грозовые очень гостеприимны, раз согласились принять того, кому доверяют даже не все соплеменники. Белый кот потоптался и лёг поближе к центру. Вскоре вошла и Осеннецветик. Крылолап опустил голову на лапы. В чужом лагере, хоть и окружённый своими соплеменниками, он чувствовал себя неуютно. Усталость взяла своё, и поминутно кот проваливался в пучину сна.
«Завтра расскажу Цветиночке, как мы спасали Грозовых, то-то она удивится…»
========== Глава 28. ==========
Пшеницелапка брела по тропе сквозь лес, часто опуская голову, чтоб не удариться об низкие ветви, и думала о том разговоре, что произошёл сегодня утром.
«Прости, я был неправ. Не стоило так с тобой поступать».
Помнится, Пересвет уже извинялся — тогда, на берегу тихого озера, когда они были скрыты ото всех густыми кустами, а единственным слушателем была тёмная гладь воды. Тогда она была на эмоциях, но теперь, после вчерашних слов брата, наконец и сама поняла: пора отпустить детские обиды. Это ведь произошло несколько лун назад!
«И ты прости. Я была той ещё дурочкой».