Текст исчез и из динамиков послышались звуки похоронного марша. По правде говоря, звучало это несколько жутковато. Пока играла музыка, на мониторе появилось изображение этой комнаты с компьютерным столом посередине. Откуда-то сбоку вышла фигура человечка, очень напоминающая Эла Винсента, хозяина этого странного дома. Она, не торопясь двинулась к центру комнаты, уселась за стол и начала что-то печатать на клавиатуре компьютера. Человечек печатал, а над ним появлялись слова.
– Боже, – произнес Том. – Невероятно… Интерактивное предсмертное письмо…
– Надо узнать, что дальше.
Я стоял ближе всех к клавиатуре, так что я набрал свое имя и нажал кнопку «ДАЛЕЕ».
Я переводил взгляд с экрана на клавиатуру, куда упал головой Винсент, и представлял себе, как он сидит в этой комнате один и вводит текст.
Он писал, что ощущает подавленность, что не может так дальше жить. Он сделал все, что собирался сделать и жизнь потеряла для него всяческий интерес. Это мы понимали, многие самоубийцы испытывают похожее состояние, однако мы не поняли, когда Винсент написал, что он не существует… Мы сочли это просто образным выражением.
Паттерсон нажал клавишу, и в противоположном конце комнаты, загудел принтер. Я наблюдал как из него выходят отпечатанные листы бумаги, когда Том закричал, показывая на экран дисплея:
– Смотрите! Смотрите сюда!
Человечек на экране перестал печатать и выпрямился в кресле. В руке он держал пистолет, дуло которого было приставлено к голове.
– Нет! – невольно вскрикнул Том.
Маленький человечек не обратил на него никакого внимания. Раздался звук выстрела, человечек упал лицом на клавиатуру. По экрану побежала красная струйка, принтер затих. На дисплее остался только черный труп, лежащий лицом на клавиатуре и слово * * * ВСЕ * * * под ним.
Я глубоко вздохнул и посмотрел на Паттерсона. Сказать, что он был недоволен, значит, ничего не сказать.
После этой находки в доме опять появилось множество полицейских. Телевизионщики тоже вернулись. Среди всей этой кипучей деятельности меня никто не замечал. Я потихоньку вернулся к себе в дом и запер дверь. Время от времени я выглядывал из-за занавесок и видел, как вездесущие репортеры берут интервью у соседей. Том тоже там крутился и, похоже, наслаждался всеобщим вниманием. Дважды репортеры стучали мне в дверь, но я не открывал, и в конце концов они ушли и оставили меня в покое.
Я наполнил ванну горячей водой и отмокал целый час. Затем включил отопление на максимум и забрался в постель под одеяло. И все равно меня всю ночь била дрожь, думаю сказалось нервное напряжение последних часов.
На следующий день часам к девяти явился Паттерсон. Вслед за ним вошел и Том. Выглядели они совсем невесело, и я, догадавшись, что полиция работала всю ночь, приготовил им кофе и сделал по паре бутербродов.
– Почитайте-ка, – сказал Паттерсон и протянул мне лист компьютерной распечатки. Передо мной лежало завещание Эла Винсента. Я надел очки и стал читать. Мне пришло в голову, что с этой бумагой юристам придется несладко. Эл снова утверждал, что он не существует, поэтому у него нет, и не может быть родственников, а все свое состояние он решил отдать тому, кто этого заслуживает.
"Но кто этого заслуживает? " – вот каким вопросом он задавался.
