Когда волна удовольствия начала стремительно концентрироваться внизу живота, Дима запустил руку между их телами.
— Вместе, светлячок. — нежно улыбнулся и чувствительно прошел по его члену.
Прокатившаяся по телу волна удовольствия усилилась в несколько раз. Тёму будто в один и тот же момент тряхнуло, выгнуло, сжало внутри и разорвало на молекулы. А вместе с ним в оргазм уплыл и Дима.
— Сползи немного с меня, медузка. Раздавишь же. — сквозь частое дыхание рассмеялся Тёма.
Что-то промычав, «медуза» съехала на бок и подтянула его в себе.
— Светлячок?
— Ммм?
— Есть у меня подозрения, что до понедельника мы друг друга затрахаем до смерти. — Дима тихо рассмеялся куда-то ему в плечо. — Я в хлам. Пошевелиться не могу.
— Не самая худшая смерть. — Тёма потрепал его волосы, довольно улыбаясь. — Я скучал по тебе.
— Я тоже, светлячок. Я тоже. Но видишь, как навалилось. Ты вон и сам весь в работе. И сидел бы даже сегодня допоздна, если бы я тебя не забрал.
Тёма промолчал. Он имел в виду другое. Ему было что еще сказать Диме и о чем спросить. Но трудно было подобрать правильные слова, чтобы себя в роль просителя не поставить.
— Темка… — Дима заглянул в его глаза. — Что? — но в ответ он лишь отрицательно покачал головой. — Я знаю, о чем ты загрустил. — погладил его по щеке. — Дай мне немного времени собраться с силами и сообщить родителям. Остальные меня не волнуют. Но ты же знаешь, моего отца и маму. Для них это будет настоящий шок. И мне нужно придумать, как все рассказать, не загнав их в инфаркт.
— Да все я понимаю… Просто так хреново эту неделю было без тебя. Сам удивляюсь, что за время отпуска так привык засыпать и вообще быть рядом с тобой.
Дима потерся лбом о его плечо.
— Не поверишь. Каждую ночь сквозь сон пытался нащупать твое тельце. — немного помолчав, добавил. — Тёмка, все будет. Обещаю. — подтянулся выше, шутливо боднул его. — Еще успеешь устать от меня.
Выходные промчались быстро. Слишком быстро, как все радостные события в жизни. Но эти два дня Тёмка купался в ощущении счастья.
Они были постоянно вместе. Первый день даже из дома не выходили и практически не вылезали из постели. Занимались сексом, проваливались в сон, совершали набеги на холодильник. Подшучивали друг над другом, о чем-то говорили, пытались смотреть фильмы, пока кто-то к кому-то не начинал приставать.
В воскресенье решили выбраться в кино. Погода была непривычно теплая для осени. Решили прогуляться до кинотеатра пешком.
— Димка! — неожиданно окликнули их сзади.
К ним спешила сестра Димы, которая гуляла с детьми в этом парке. Один ребенок носился вокруг нее, второй мирно спал в коляске.
Девушка окинула Тёму оценивающим взглядом, формально поздоровалась.
— А что ты тут делаешь? — снова глянула на Тёму. — Я думала ты с какой-нибудь красоткой за городом кутишь. К родителям не заходишь, не звонишь.
Рассмеявшись, Дима по-медвежьи стиснул сестру.
— Машка! Ну не все же по свиданкам шастать. Вот с другом решили отдохнуть от бурной личной жизни. Помнишь Тёму?
— Виделись пару раз. — Маша слегка улыбнулась, но все равно сверлила его не особо приветливым взглядом.
Тёме показалось, что у него во лбу горит неоновая надпись: «Я — гей и трахаюсь с твоим братом».
Перекинувшись несколькими фразами с сестрой, Дима быстро с ней распрощался. А у Тёмы настроение рухнуло вниз. Он почувствовал себя чужим в его жизни. Сестра, родители… Как они воспримут новость о том, что они вместе?
Он шел рядом молча, глубоко погрузившись в свои мысли.
— Светлячок, ну ты чего загрустил? Опять себе что-то нехорошее надумал? Или расстроился, что я сестре не сказал о нас?
Вот что он мог ответить? Да — расстроился, да — надумал, и да — загрустил. Промолчал, просто пожав плечами.
— Ну Тёмка, мне нужно сначала с родителями поговорить. Представь, что будет, если они от сестры узнают? Трындец наступит! Нет, сначала родители, потом уже сестра.
— Я же ничего тебе не говорю.
— Ты слишком громко думаешь. — Хмыкнул Димка. — Черт, как же хочется тебя прямо тут поцеловать.
— Ладно, не будем себе портить выходные. Сначала кино, потом вкусный ужин, а потом… потом я надеюсь ты заставишь меня забыть обо всем.
Но Дима решил приступить к «процедуре» стирания памяти уже в кинотеатре. Накинув куртку Тёме на ноги и пользуясь тем, что они сидели в последнем ряду, нырнул рукой под нее. Тёма дернулся, когда сильные пальцы сжали его член поверх джинсов, а потом медленно расстегнули молнию.
В следующие десять минут ему понадобилась вся его выдержка, чтобы не вздрагивать и не стонать, когда шаловливые пальцы проходились по члену, чувствительно его поглаживали и дразнили головку.
— Димка, что ты творишь? — зашипел он, прикрыв лицо ладонью. — Я же сейчас кончу.
— Я этого и добиваясь, светлячок.
Никакие уговоры не помогли, и Тёме пришлось впиться зубами в собственные пальцы, чтобы его стон во время оргазма не услышали на ближайших рядах.
— Просто змей-искуситель какой-то… — выдохнул, пытаясь прийти в себя. — А как же ты?
— А я свое дома получу. Считай, что я отыгрался на тебе за прилюдный минет. — тихо хохотнул Димка.
