Он слушает мои жалкие причитания, продолжая сжимать сильнее, чем гребаное эрекционное кольцо. Артур наслаждается этим, тем, каким беспомощным я становлюсь, мягким, как вата. Он толкает меня вниз, подтягивает к своему члену за волосы, и я с готовностью открываю рот, обхватываю губами тугую твердую плоть, принимаю до самого горла, стону, чувствуя проходящую по телу Артура дрожь.
Теперь-то дрочить мне уже никто не помешает, и я за пару движений довожу себя до разрядки. Артур следует за мной почти сразу. Он кончает мне в рот, и я прижимаюсь теснее, чтобы принять все до капли.
Струи воды барабанят по коже, мне нужно немного времени – по ощущениям – миллион лет, – чтобы прийти в себя. Отдышавшись, я встаю, вытираю глаза от воды и успеваю заметить взгляды, которыми смотрят друг на друга Вик и Артур. Напряженные, наполненные огромным количеством эмоций. Так, наверное, диабетик может смотреть на торт в витрине. Или Штирлиц на свою жену в той сцене в кафе под грустную музыку.
Музыки у нас нет, может быть, поэтому Артур, обогнув меня и Вика, выходит из душевой кабинки и с тихим шорохом закрывает дверь, так ни слова и не сказав.
Жизнь втроем имеет огромное количество правил. Например, нельзя заниматься сексом вдвоем, нельзя обсуждать третьего за спиной, нельзя брать личные вещи друг друга, нельзя ходить налево, нельзя, нельзя, нельзя…
Эти «нельзя» Вик и Артур придумывали месяц назад целую ночь, сидя на кухне, где стоял едкий химический запах от их вейпов. Я сидел рядом, пытаясь сделать серьезное и вдумчивое лицо – как на экзамене. Получалось плохо, глаза слипались, но Вик и Артур, кажется, мало меня замечали: упоенно собачились друг с другом. Артур выглядел как акула, попавшая в знакомые воды, Вик торговался с азартом цыганки, которая на базаре пытается впарить позолоченные сережки по цене настоящих украшений Екатерины II.
Я надеялся, что наша первая ночь в качестве триады будет незабываемой. Что ж. Этого я точно никогда не забуду, вот закрываю глаза – и вижу все, что там происходило. А еще, между прочим, вижу лепестки роз и шампанское, которые ждали в спальне и которые я загодя приготовил. Судя о всему, готовить нужно было спички, чтобы подпереть ими закрывающиеся глаза.
– Мне что, каждый раз тебя ждать, когда я подрочить захочу? – спрашивает Вик, тыкая карандашом в пункт написанного мелкими буквами контракта.
У него под глазами тени, волосы растрепаны. Я в первый раз вижу Вика в мягком спортивном костюме, домашнем, и хочу обнять до безумия. Но ему сейчас явно не до меня: он изучает контракт.
Контракт, да. С юристом жить – занудой быть. А если их двое, то это вообще караул. Особенно если ты технарь и худо-бедно можешь разобраться только в том, почему сервер в очередной раз завис или почему сетка отвалилась, а все эти буковки и тонкости…
Артур хищно скалится. Он в черной майке без рукавов, и мой взгляд то и дело скользит по тугим мышцам рук, не раскачанным, как у Вика, а сухим и тонким, как у какого-нибудь гимнаста. Волосы Артура спускаются до плеч, глаза горят за очками в толстой роговой оправе. Ключицы выглядят преступно хрупкими, тонкая золотая цепочка как назло привлекает к ним внимание. Артур даже без костюма умудряется выглядеть главой юридического отдела.
Раньше это место занимал Вик, но потом его повысили до заместителя директора, всего полгода назад. Тогда-то все и началось. Служебный роман – все было бы, в целом, просто, если бы у нас он не получился сразу на троих. Да еще и отношения Вика с Артуром… боксеры, находящиеся на ринге, больше настроены на то, чтобы понять друг друга, чем эти двое.
О том, как меня угораздило влезть между ними, думать не хотелось. Хотелось пойти наконец в спальню и узнать, сколько интересных вещей мы сможем сделать втроем.
– А там о дрочке речи не идет, – спокойно отвечает Артур, почти мурлычет.
– Ну как же? – Вик деловито хмурится. – Вот же – сексуальные действия… Скажешь, дрочка – не сексуальное действие? У тебя – может быть, а у меня – очень даже сексуальное.
Артур хмурится, закусывает губу и сжимает челюсти так сильно, что вздуваются желваки. Сжимает ручку до побелевших костяшек пальцев и решительно черкает что-то в своем экземпляре контракта. Да, всего экземпляров будет три, по одному на каждого. Мы же все здесь друг другу не доверяем, а у кого-то отношения начинаются по-другому?
Кажется, Вик Артура подловил. Я больше чем уверен, что именно Вик рекомендовал Артура на свою бывшую должность, но по его поведению этого не скажешь: и сейчас, и на работе создается ощущение, что Вик с большим удовольствием бы от Артура избавился.
– Добавим «с участием любой из сторон настоящего договора»… – наконец отвечает Артур.
