— Это от счастья, мне хорошо с тобой, — честно признаюсь и сама тянусь к нему, обвивая его шею руками, притягивая к себе еще ближе. Мне хотелось тепла, его рядом, нежности и шепота в поцелуе. Продлевать эйфорию с чувством дежавю, которые так и не проходили.
Из груди вырвался неосознанно стон, послуживший отсечкой. Мужчина прижал меня к себе сильнее, гладя одной рукой по спине, второй взял мою ладонь и положил к себе на грудь.
Я впервые прикоснулась к нему, как к мужчине, а не другу. Прочувствовала, как его мышцы вздрагивают под футболкой от моих робких касаний. Ему нравились мои неловкие поглаживания, что меняло характер поцелуя. Он становился более пытливым и выводящим на эмоции. Становилось труднее его контролировать. Сложнее сопротивляться напору голодного мужчины, который уже почти год облизывается на меня и его, наконец, подпустили к желанному. С каждой секундой наши тела становились друг к другу ближе, губы начали гореть с непривычки и воздуха катастрофически не хватало.
В порыве чувств я вцепилась ногтями в мужские плечи, вызывая с губ Руслана еле слышный стон, после чего он толкнул меня спиной на кровать, нависая сверху. Слишком резко это сделал, сметая последнюю грань.
— Стой, Руслан, стой, — зашептала я, задыхаясь, и попыталась отстраниться. Мозг парализовало мыслью, что я не смогу его успокоить и он захочет взять меня силой, как те двое, — хватит! — я была готова разрыдаться, разворотив снова обрывки прошлого.
— Прости, — он резко отстранился, словно его ударило током и встал с кровати, — я отошёл, успокойся.
Мы оба тяжело дышали, пытаясь успокоиться. Я грызла себя мыслями с укором за то, что раздраконила его, а он скорее всего пытался перебороть свое возбуждение, которое я отчетливо чувствовала и испугалась.
— Давай лучше спать. Нам рано вставать, — пробормотал Руслан и я услышала, как он начал укладываться на полу. Он быстро улегся и в комнате стало слишком тихо. Словно я была тут одна.
— Руслан, — я привстала, выглядывая с кровати, — ты спишь?
— Нет.
— Можно мне к тебе? — робко спрашиваю, и, не дожидаясь ответа, спускаюсь на пол, ныряя под одеяло. Кладу голову на мужское плечо, прижимаясь ближе. — Я тоже хочу впасть в детство и спать на полу.
— Спокойной ночи, Доминика, — прошептал Руслан, гладя мои волосы.
— Спокойной ночи, Руслан, — бормочу, проваливаясь в сон.
Мой отец — Хмурый. Обалдеть. Не могу сказать, что эта новость стала для меня неожиданной, я и раньше догадывалась. Но одно дело догадываться, а другое — знать наверняка. Впервые не знала, что делать с полученной информацией. Уже прошло две недели, а я всё еще не могу успокоиться.
— Мне кажется, он очень хороший человек и мы с ним обязательно подружимся.
— Ну да, — закашлялся Боно, — очень хороший.
Ну, мама, ты молодец. Теперь понимаю, почему Боно поперхнулся, когда я с лицом наивной дурочки делилась с ним своими мечтами. Очень хороший. Убийца, заключенный, и отмороженный тип.
И что теперь делать с полученными знаниями? Нужен ли мне и такой отец и должен ли он знать про меня?
В памяти всплыли воспоминания с кухни, где Хмурый кормил меня рыбой и угощал чаем. Нашим любимым: зеленым с молоком. Нашим. Уверена, он раньше меня узнал про то, кем я ему прихожусь, пока я витала в облаках, утопая в своих чувствах по отношению к Роме.
— Да пошло оно все! — швыряю тряпку на пол и нервно начинаю собирать игрушки, которые Игорь снова раскидал. Сегодня мой первый день отпуска и я решила навести дома порядок, пока сын рисовал в комнате и смотрел мультики. За полдня я разгребла все вещи и довела квартиру до кристальной чистоты. За уборкой было проще думать.
Скоро приедет Руслан и мы поедем встречать Ильдара. Оказалось, что наш смотритель работал под прикрытием и является коллегой Руса. Они обложили моего Боно со всех сторон. Сопоставив факты, я поняла — мы при любом раскладе не могли быть вместе. Нам бы не дали. Если не смерть, то тюрьма разлучила бы нас на долгие годы. А если не эти два обстоятельства, есть Волков и наш с ним уговор. Ради сына я готова отказаться от чего угодно. И сделать всё, чтобы мальчик был счастлив.
Счастье близко, но мы часто его не замечаем, ища что-то невероятное и недоступное. А оно вот. Протяни руку и можешь пощупать. И это я про Руслана. Прошло две недели, как мы с ним начали встречаться. Пока что у нас шел конфетно-букетный период и меня это устраивало. Руслан тоже пока не настаивал, но с каждым днем границы стирались всё больше. Да, он не мой экспрессивный Боно, в руках которого я таяла, как мороженное на солнце, но с ним спокойно. И я морально себя готовила к тому, что он здоровый мужчина и водить еще полгода за ручку меня не будет. Даже белье купила. Черное. Была мысль о красном, но этот цвет сразу напоминал про наши шалости с Ромой в приват-кабинке. Нет, девочки-пожара больше нет. Вряд ли я смогу кому-то еще так танцевать.
