Мой муж известен в городе и один из богатейших людей в стране — я должна соответствовать ему. Ведь Мирослав тоже не расслаблялся и выглядел отлично. Мы часто выходили вместе и были достойной друг друга парой. В одежде я предпочитала сдержанный элегантный шик, а не кричащий секс. Сейчас, протирая пюре через сито, думала — может, зря? Может, я стала скучной и неинтересной собственному мужу? А может, всегда такой была? Просто удобная жена. Молодая наивная девушка, которая подвернулась в сложный для него период. Мужчина ведь должен зажигать женщину, а я погасла. В последний год точно. Именно так чувствовала себя.
— Мы дома, — услышала голос мужа в седьмом часу. Мы? Я думала, мы сегодня втроем…
Вышла встречать мужа, вытирая руки полотенцем, рядом с ним была Николь. Я не спрашивала у него, какой график проживания теперь, да и против нее ничего не имела, но я хотела бы, чтобы меня предупреждали и с моим мнением считались. Раньше Ники жила с нами, а с матерью проводила пару выходных в месяц и каникулы, обычно за границей. Но теперь жила с Ликой, поэтому прыжки туда-сюда выглядели подозрительно.
— Привет. Ты сегодня у нас? — спросила без всякого подтекста.
— Я к себе приехала, — с гонором заявила, пока ее отец скрылся в гардеробной для верхней одежды.
— Николь, не хами, — настроение стремительно полетело вниз. Вряд ли ужин пройдет в теплой домашней обстановке.
— Пап, — позвала она, — после ужина отвезешь меня домой?
— Так, может, останешься? — предложил Мир. — Чтобы не мотаться.
— Нет, я к маме хочу, — улыбнулась ему очаровательной улыбкой.
— Ну иди, собирай учебники, которые забыла, поедим и поедем, — и на меня посмотрел: — Туда и обратно, — и одними губами: — Прости.
Я переоделась к ужину и накрыла на стол. Рома кушал сегодня плохо, аппетита не было, поэтому для него только пюре, а уточка по желанию.
— Как он сегодня? — Мирослав взял сына на руки и сам кормил. Ромка у нас взрослый, пятый год пошел, но больной ребенок — это больной ребенок. — Горячий, — поцеловал его в лоб.
— Температура целый день скачет.
— Может, врача?
— Я на завтра вызвала, но не думаю, что он скажет что-то новое. Только тесты возьмет.
Николь минут пять показательно вздыхала, пока речь шла не о ней. Ее ревность к вниманию, уделенному не ей, давно вроде бы прошла. Но, очевидно, не сегодня.
— А кто это готовил? — скривилась.
Я спокойно взяла салфетку и вытерла губы.
— Я готовила.
— Невкусно, — вяло ковырялась, затем отложила вилку. — Не люблю утку.
С каких это пор? Но я промолчала, ждала реакции ее отца.
— Николь, извинись и выйди из-за стола, если ты поела, — одернул Мир, пытаясь накормить Ромку.
— Извини, Яна, — сыграла пай-девочку и такими же невинными глазами взглянула на отца. — Папочка, я домой хочу, поехали?
— Папа еще не поел, — заметила я.
— Пап, ну поехали, — Николь сделала вид, что не услышала моих слов.
— Я Олегу сейчас позвоню, — ответил он и взял чашечку с чаем. — Запей, он уже не горячий, — придерживал, пока Рома пил.
— Я не хочу с Олегом, я хочу с тобой, — канючила Ники. — Папочка, — встала, обняла его, в щеку поцеловала. Мирослав растаял. Передал мне Рому и, наспех укусив пару раз ножку, даже не прожевав, встал из-за стола. Обещал быстро. Я не ждала его, легла с сыном. Мы сегодня рано спать. Плакала. Это были мои первые слезы. Начало абсолютного конца…
Тем вечером мы ждали возвращения Мирослава из командировки. Николь была у нас. Я могла бы подумать, что он с бывшей, но она сама сегодня заехала к нам в школу и попросила забрать дочь на ночь: у Лики важная встреча с каким-то режиссером и ее отцом. Он же важная шишка в мире шоу-биза и питерских медиа. Мы с ней общались минимально, но приходилось.
— Николь, собери, пожалуйста, учебники, — заглянула к ней в комнату. — Завтра вообще-то в школу.
Она продолжала болтать с подружками, игнорируя мое замечание.
— Ты уроки сделала? — привычно вошла и принялась с пола собирать разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков.
— Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать лет! Двенадцать! Понятно, что и мы курить пробовали, но не в таком же возрасте! — Это что вообще?!
Ники изменилась в лице и тут же завершила разговор с подругами.
— Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая поганка буквально кидалась на меня! Это с каких пор стало допустимо? Ни я, ни Мирослав ее так не воспитывали!
— Твой отец приедет, и мы поговорим обо всем, что произошло в этой комнате, — строго произнесла.
— Скоро ты не будешь распоряжаться здесь, — неожиданно выдала и, схватив телефон, ткнула в лицо коротким видео. Мир и Лика, мой муж и его бывшая жена, пили вино, потом она поцеловала его. Долго. Мучительно долго. Он не оттолкнул…
Я тяжело сглотнула и, не ответив, вышла из ее спальни. Закрыла дверь и одной рукой схватилась за стену, другой за сердце. Где болит? Душа, которая наполняла его чувствами? Или орган, который позволял мне жить?
