Кэл был сам удивлен, насколько отцовство пришлось ему по душе. Ни разу он не почувствовал себя обремененным или стесненным. Отчаянно желая наверстать упущенное, он ежеминутно испытывал огромную радость, находясь с сыном.
Трэвис задавал множество вопросов о родео. Хотя Кэл с увлечением рассказывал любознательному ребенку о своих приключениях, у него не было ни малейшего желания вернуться к прежней жизни.
Почему он так долго не хотел осесть? Зачем искал любовь и признание в соревнованиях, когда они ожидали его в Иглтоне? То удовольствие, что приносили ему скачки на быках, меркло в сравнении с огромной радостью, какую он испытывал, общаясь со своим сыном. Его жизнь никогда еще не была такой полной и богатой.
Лишь отношения с Дейзи оставляли желать лучшего...
В течение дня они работали бок о бок на пасеке, но почти не разговаривали. Когда он пытался завести разговор, она отвечала ему односложно, если отвечала вообще. В конце концов он прекратил бесплодные попытки, сосредоточив все свое внимание на Трэвисе.
«Она одумается», — уверял он себя, но в глубине души уже сомневался в этом.
Его начала изводить бессонница. Постоянно думая о Дейзи, он ворочался в своей все еще холостяцкой кровати. Сон бежал от него. В конце концов, он здоровый, женатый мужчина.
Дейзи не уступала. Он перепробовал все: добрые слова, тщательно продуманные подарки, благородные жесты. Он приготовил ей ванну перед сном — она даже не поблагодарила. Сделал завтрак — она не сказала ни слова. Помыл посуду — она даже не заметила.
Кэл ломал голову, думая, как растопить эту ненавистную ледяную стену? Наконец он решил просто не замечать Дейзи.
— Нам надо заселить восемь ульев, — объявила Дейзи однажды утром в субботу, когда Кэл и Трэвис еще в пижамах сидели на кушетке и смотрели мультики. — Звонил Босс Мартин и сказал, что прибыли новые матки. Я еду в магазин, чтобы забрать их.
С завистью в глазах она посмотрела на отца с сыном. Ревнует, подумал Кэл.
— Вернусь через полчаса и рассчитываю, что вы оба оденетесь и слезете с дивана.
Она покрутила на пальце ключи от машины.
— Ну, мама, — жалобно протянул Трэвис.
— Не возражай! — Она нахмурила брови. — А то выключу телевизор.
— Дейзи, не будь такой ворчуньей, — улыбнулся Кэл. — Расслабься, сегодня суббота.
— Пчелы не различают дни недели. У меня много работы. И я не могу смотреть мультики, как это делают некоторые. — Она сделала особое ударение на последнем слове.
Грустная, одинокая женщина... Сердце Кэл а сжалось. О, Дейзи, смягчись, и ты тоже будешь вместе с нами!
Не оглянувшись, она схватила сумку и вышла из комнаты.
Можно ли вылечить сердце Дейзи? — думал Кэл. Не уничтожил ли он в ней дух любви, переспав с Розой?
Дейзи, Дейзи, Дейзи, как мне достучаться до тебя?
К нему пришел ответ, простой и правильный.
Скажи, что любишь ее.
Он до сих пор не говорил ей этого. Но поверит ли она словам? Для Дейзи слов недостаточно. Ей надо осознать, что он никогда не уйдет.
— Пошли, приятель. — Кэл с любовью потрепал Трэвиса по волосам. — Давай порадуем маму и приберемся в доме. — Он выключил телевизор.
— Хорошо. — Трэвис слез с кушетки. — Но, может быть, мы сначала запустим моего нового змея? Пока мама не вернулась домой...
Кэл выглянул в окно.
— Не знаю, хороший ли ветер.
— Пожалуйста! — Трэвис умоляюще посмотрел на Кэла, отчего тот мгновенно растаял.
— Ладно, чемпион, давай запустим. — И Кэл хлопнул в ладоши.
Возвращаясь из магазина, Дейзи мысленно ругала себя за суровое поведение. Ведь ей хотелось не этого, а напротив — смеяться, улыбаться, хорошо проводить время. Но она боялась.
Боялась, что, если не будет начеку, Кэл Кармоди пленит ее. Как он сделал это семь лет назад. А потом — бросит. Нет, еще одного предательства она не вынесет.
Она не сомневалась, что он опять бросит ее. В конце концов ему надоест выполнять семейные обязанности и его непоседливость возьмет свое.
Игра в доброго папочку продлится недолго. Пикники, игры в мяч, поездки верхом резко прекратятся, как только исчезнет новизна обретенного отцовства и наступит реальная жизнь. Когда Кэл узнает, что такое выхаживать всю ночь больного ребенка, или получить вызов к директору школы, или долгими часами заниматься домашними делами, ему станет скучно. И все вернется на круги своя.
В чем дело, Дейзи, ты ревнуешь?
Эта мысль, как удар молнии, пронзила ее мозг.
— Это же смешно, — пробормотала вполголоса Дейзи. — Я не ревную сына к Кэлу Кармоди.
Но ей пришлось согласиться, что ее раздражала та легкость, с какой он нашел путь к сердцу Трэвиса. Дейзи чувствовала себя злюкой, когда ей приходилось отсылать Трэвиса в кровать или лишать сладкого, которое привозил Кэл. А Кэлу было просто. Он был героем.
Только подожди, мрачно предвещал внутренний голос. Только подожди, когда на следующей неделе в город приедет родео. Тогда ты узнаешь, действительно ли Кэл может устоять перед искушением.
Вздыхая, Дейзи заглушила мотор, вылезла из машины и вошла в дом. Тетя Пиви на кухне возилась с обедом.
— Привет, — поздоровалась с нею Дейзи. — Как прошла репетиция хора?
