Отсюда вывод: поскольку мы не китайский рынок и имеем свои конкурентные преимущества, то наша работа должна стоить дороже, чем вещи на китайском рынке. Кто хочет экономить – вперёд, на рынок, а кто хочет то, что ему нужно от нас, – милости просим, но это будет дороже.
Разумеется, я неоднократно уточнял у Елены, уверена ли она в том, что её продукция действительно имеет те конкурентные преимущества, которые заявляются в качестве таковых. Но моя гостья настаивала, что это действительно так.
Ну, коли так – надо решаться и бросить вызов своему страху. Если ты уверен, что твой труд неправильно оценён, надо действовать.
Ваш путь – искать, что вы можете предложить людям, чего другие не могут.
Мы начали с того, что составили для Елены – прямо на программе – новый прейскурант на её услуги. Цены в нём поднялись по разным позициям – где в два, а где даже в три, в четыре раза. На том, собственно, наша беседа и завершилась.
Что же случилось дальше?.. Врать не буду – об этом оставалось только догадываться.
Но вот наступает Новый год, мы готовим предновогоднюю программу и приглашаем бывших участников «Доктора Курпатова» снова появиться в студии, чтобы они рассказали о своих успехах всем телезрителям.
Вообще говоря, мы часто это делали, и у меня в студии регулярно появлялись так называемые «возвратники» – герои программы, которые спустя какое-то время возвращаются к нам, чтобы рассказать о том, что произошло в их жизни. А тут и вовсе Новый год – без «возвратников», понятное дело, никак не обойтись.
Чтобы идеи проросли и пустили корни, о них надо заботиться. Пусть ваш ум станет для них теплицей – безопасной средой, где они могут расцвести.
Мои редакторы обзванивают людей, которые были героями моей программы в течение года, беседуют с ними, а потом докладывают «вести с полей» шеф-редактору программы и мне. Надо сказать, что это самая приятная часть работы на телевидении (я называл эту чудную процедуру «Пункт Приёма Вашей Радости»).
И вот мы сидим с замечательной Юлей Бредун, принимаем радости от одного из редакторов, как вдруг она говорит:
– Андрей Владимирович, а помните Елену, которой вы новый прейскурант на пошив вещей подписывали?!
Ох! Я аж весь напрягся:
– Все живы, я надеюсь? – пытаясь обратить всё в шутку, говорю я.
– Да какое там! Живее всех живых!
Наше благополучие – лишь равновесие обстоятельств, и мудрость состоит в том, чтобы не дать непредвиденному опрокинуть это равновесие.
Ну и дальше подробности… Елена вернулась домой в родной город с этим новым прейскурантом, повесила нашу с ней бумаженцию на стену и стала ждать заказчиков. Конечно, многие, увидев эти цены, отказались от её услуг и благополучно отправились на вещевой рынок.
Впрочем, отказались – что характерно – именно те, кто никогда по-настоящему и не относился к Елене как к хорошему профессионалу. Но многие, причём большинство, – остались.
Почему остались? Потому что, как призналась потом одна из заказчиц Елены в интервью нашему корреспонденту: «Елена – мастер. За то, что она делает, я готова ещё в два раза больше платить».
Елена, конечно, стала героиней новогодней программы «Доктор Курпатов». Наша съёмочная группа ездила к ней в город, засняла и новый компьютер дочери, и самого счастливого ребёнка, который с гордостью рассказал на всю страну о том, как преобразилась её мама и что теперь они вместе гуляют, отдыхают и занимаются.
– Заказов стало меньше, времени стало больше, а заработок стал выше, – со светящимися на сей раз глазами рапортовала Елена.
Жить – значит меняться, меняться – значит взрослеть, а взрослеть – значит непрестанно творить себя самого.
Не знаю, стоит ли это добавлять, но, наверное, скажу… За десять лет до нашей встречи Елена потеряла мужа – очень состоятельного человека, с которым жила душа в душу и как за каменной стеной. То есть Елена потеряла и мужа, и отца своего ребёнка, и кормильца, и вообще – всё, что у них было. Буквально – настоящий крах.
На руках у Елены осталась годовалая дочь, а в самих этих руках был один навык – шитья. Так прежнее хобби Елены, её увлечение превратилось в профессию, которая, правда, из-за страха безденежья на протяжении всех этих десяти лет позволяла женщине лишь одно – сводить концы с концами, но не жить. А теперь Елена начала жить… Вот такие дела.
В общем, если говорить о паническом страхе перед безденежьем, то, я думаю, надо обращаться не к психотерапевту, а к самому себе. Обращаться с вопросом: «Чего сидим? Встали, пошли работать. И улыбаемся!»
