Мы сами не можем избавиться от своего одиночества. Для этой цели нужны другие люди. Но они появятся только в том случае, если мы будем думать не о своих несчастьях, связанных с этим чувством, но о том, как помочь им – другим, нашим родным и близким – решить ту же самую проблему, проблему преодоления одиночества.
И, если это у нас получится, разве мы не почувствуем, как наше собственное одиночество уходит, растворяется, блекнет?
Мужчины имеют столь же преувеличенное представление о своих правах, как женщины – о своём бесправии.
Честно говоря, я считаю тему «секса», «пола» и «гендера» почти что трагической: столько я насмотрелся разрушительных преломлений этих дискурсов в человеческих судьбах, что иначе никак.
Казалось бы, что во всём этом сложного: здесь сексуальные радости, там – человеческие отношения, а где-то ещё – производственные вопросы.
Но нет, мы постоянно наблюдаем что-то из ряда вон выходящее – полное смешение всего и вся и следующие за этим страдания, терзания, мучения и личностные кризисы.
Сексуальность прямо как спрут какой-то: проникает во всё, везде, постоянно, неудержимо и там крутится, вертится, и нет ему покоя. Разумеется, переходя из плоскости постели в плоскость личностных и профессиональных отношений, в плоскость отношений с родителями и воспитания детей, она меняет черты и оттенки, прячется, маскируется, прикидывается ветошью. С первого взгляда и не поймёшь, что это секс и ничего больше.
Теперь уж, понимаете, это вам не коитус (как должно было бы быть!), а «отсутствие личностных мотиваций» и «завышенные социальные амбиции», «быт, разрушающий семью» и «деньги», «трудный возраст» и «кризис среднего», «конфликты на работе» и «претензии начальства» или «женская дружба» с её внутриполовой конкуренцией.
Эти эмансипантки меня просто бесят. Они забираются на ящики из-под мыла и заявляют, что женщины умнее мужчин. Это правда, но об этом надо помалкивать, иначе нам придется закрывать лавочку.
В общем, одно слово – «Троя»! Из-за какого-то глупого адюльтера двадцать лет осады, тысячи смертей, страдания Пенелопы, плачущая Андромаха, старик Приам, оплакивающий Гектора, и, наконец, смерть бессмертного Ахилла. Всё, доигрались. Ну ни в какие ворота! А ведь просто был адюльтер…
«Куда плывёте вы? Когда бы не Елена… Что Троя вам одна, ахейские мужи?» Да, прав был Осип Мандельштам, одна Троя – с войной, без войны, с конями и без коней – никому не интересна, нужно
За десять с лишним лет работы психотерапевтом где я только не сталкивался с этим добром – сексом, «вылезающим» из всех без исключения щелей человеческой жизни, кроме той, в которой ему, собственно, и следует быть, – там, где с ним нет и не может быть никаких проблем, то есть в непосредственном интимном контакте.
В этой связи нетрудно понять, с какими сложностями сталкиваются женщины, которые вынуждены, по сути, жить в мужском мире.
Цивилизация, которая нам досталась от наших предков, была создана мужчинами, да и эволюция поработала над распределением функционалов между полами не в пользу женского пола.
Да, мы все наслышаны про «войну полов», но проблемы не только между полами, но и внутри каждого пола. Этот феномен объясняется так называемой внутриполовой конкуренцией. Исторически так сложилось, что женские взаимоотношения предполагают два вектора.
Феминизм – это когда уже не рассчитывают на Прекрасного Принца.
Во-первых, женщины, как правило, всегда вынуждены были жить вместе. Не сами того хотели, а именно были вынуждены. Всегда существовали эти пресловутые «женские половины», куда их выдворяли мужчины – от мала до велика.
