«Don't hang your head in sorrow
And please don't cry»
Не печалься
И, пожалуйста, не плачь!
(«Guns N' Roses» — «Don't Cry»)
«Существуют слова, тождественные по своему фонемному составу в разных говорах, но не имеющие общего значения. Например, слово "бурак" в южных говорах означает "свёкла", а в разных регионах севера так может называться сильный порыв ветра, возможно со снегом, либо заплечный короб из бересты»*.
Удобно устроившись на лоджии в кресле-качалке, готовлюсь к последнему на этой сессии экзамену по диалектологии и заодно дышу свежим воздухом. Лето уже вступило в свои права, но в середине июня ещё не так жарко.
Поглядываю на часы: Андрей обещал, что вернётся сегодня пораньше. Последнее время он приходил домой поздно, и я всё чаще замечала на его лице следы усталости и залегшую между бровей морщинку.
Поскольку большую часть времени я проводила в его квартире за учебниками, то взяла на себя заботу об ужине, благо мама научила нас с Соней вкусно готовить, а в продуктах у Стогова недостатка не было.
— Малышка, я дома! Так и думал, что найду тебя здесь, — Андрей выходит на лоджию и склоняется надо мной, положив руки на подлокотники. Обвиваю его за шею и подставляю губы для поцелуя:
— Привет!
Лёгкие поцелуи при встрече и расставании стали нашим ежедневным ритуалом.
— Как подготовка? — Андрей кивает на лежащий у меня на коленях раскрытый учебник.
— Полным ходом! Ещё три дня, я всё успеваю.
— Покормишь своего голодного мужчину? Чем у нас из кухни так вкусно пахнет?
— Картофельным рагу с говядиной, — с улыбкой отмечаю, что, похоже, у нас появился ещё один ритуал. — Переодевайся и мой руки.
Когда мы после ужина устраиваемся на диване и смотрим вечерние новости, задаю беспокоящий меня вопрос:
— У тебя всё хорошо? Ты такой замученный последнее время.
— Работы много, — Андрей явно не хочет посвящать меня в подробности и отвечает уклончиво. — Ничего, разберусь с делами, съездим в августе отдохнуть. У тебя загранпаспорт есть?
И удивляется, когда я отрицательно качаю головой. Но у меня не было необходимости в этом документе. Ни я, ни родители никогда не были за границей. Мы всей семьёй обычно отдыхали на нашем черноморском побережье.
— Надо сделать, — заявляет Стогов. — Кстати, завтра день рождения у моего однокурсника. Я заеду за тобой после работы, будь готова к пяти.
Когда мы в хорошем настроении возвращаемся с вечеринки, стрелки на часах приближаются к полуночи. Мы замечательно провели время в душевной компании. Несмотря на разницу в возрасте, я чувствовала себя очень комфортно в кругу однокурсников Стогова. И в очередной раз убедилась, насколько у него был дружный курс. Все, с кем мне уже довелось познакомиться, состоялись в профессии, и все они до сих пор не теряли связь и поддерживали друг друга.
Об этих своих наблюдениях я и сообщаю Андрею, когда мы выходим из машины.
— Всё так и есть, — улыбается Стогов, но вдруг меняется в лице.
Проследив за ним взглядом, с нарастающей тревогой замечаю, как из припаркованного невдалеке тёмного внедорожника появляются трое здоровых мужчин и с угрожающим видом направляются в нашу сторону.
Тут же чувствую, что Андрей суёт мне в сумку какой-то предмет. Опускаю глаза: его кошелёк.
— Беги отсюда, живо! — он крепко сжимает мои плечи, а его взгляд… Я не видела у него такого взгляда! — Вызови такси и езжай к себе в общежитие, поняла?
— Нет! Я не поеду без тебя! Не хочу! — крепко вцепляюсь в него трясущимися руками.
— Я сказал, живо! — Андрей буквально отрывает меня от себя, — Беги!
— Слышь, адвокат, тебя предупреждали — не лезь! — доносятся голоса. — Не понимаешь по-хорошему, будем учить!
Забегаю за угол дома и прислоняюсь спиной к холодной кирпичной кладке. Не покидает ощущение нереальности происходящего. Нужно что-то делать! Я не собираюсь уезжать, пока Андрей будет там драться один против троих.
Непослушными руками вытаскиваю из сумки телефон. Сердце заполошно бьётся в горле. Дрожащими пальцами набираю 112.
— Служба спасения. Что у вас случилось?
— Нападение на мужчину! Помогите! Пожалуйста! — сиплю в трубку, борясь с подкатившей тошнотой.
— Где вы находитесь?
Отвечаю на вопросы оператора: сообщаю адрес, количество напавших, свою фамилию. Наконец, из трубки звучит долгожданная фраза:
— Сообщим в дежурную часть, ждите наряд.
Но секундное облегчение тут же сменяется новым беспокойством. Сколько они будут ехать? За это время Андрея могут покалечить или ещё хуже — об этом я даже думать боюсь. Мысли лихорадочно мечутся в подступающей панике.
Надо кричать «пожар»! Не знаю, откуда у меня в голове вспыхивает эта установка, но я цепляюсь за неё как за шанс на спасение. Выскакиваю из своего укрытия, бегу назад и кричу, что есть сил:
— Пожар! Выходите! Горим! Пожар!
И не сразу понимаю, что драки так и не случилось. Толпа из шести человек сокращается наполовину, когда от неё отделяются и возвращаются к тёмному внедорожнику те, кто угрожал Стогову.