Уолш вошел в бар и огляделся. Мейсон не удосужился поднять руку и привлечь его внимание к барной стойке. Мейсона к Уолшу приведет администратор. Мейсон дал ей хорошие чаевые, чтобы она сделала именно так.
Уолш заметил Мейсона и направился к нему. Мейсон выяснил про Лилэнда Уолша все, что смог. Его юридическая контора была безжалостна, агрессивна и бескомпромиссна, если речь шла о битвах в зале суда. Он привык побеждать и к тому, что все вокруг без вопросов выполняют требования начальника. Хотя Мейсон никогда раньше не встречался с ним лично, он знал людей такого типа. Они считали, что правят своим куском мира. Любого, кто встанет у них на пути, нужно убирать любыми способами, какие только потребуются.
— Агент Кросс. — Уолш приблизился к месту, где сидел Мейсон и протянул руку.
— Мистер Уолш. — Мейсон пожал руку и кивнул на соседний табурет. — Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне. Я закажу вам выпить.
Уолш опустился на табурет.
— Бурбон. Неразбавленный.
Мейсон подозвал бармена и сделал заказ. Когда тот принес бурбон, он начал разговор. Мужчина только повторил соболезнования, сказанные после совещания спецгруппы:
— Я искренне вам сочувствую. Такая потеря.
Уолш кивнул.
— Да, потеря ужасная. — Он осушил стакан. — Я знал про отличительную черту Эшера. — Уолш повернулся к Мейсону. — Если он принимал решение что-то сделать, его ничто не могло остановить. К несчастью, именно такой подход мог привести к смерти моего сына.
Мейсон понимающе кивнул.
— У меня точно такая же дочь. Изменить ее решение невозможно после того, как она его приняла. — Мейсон показал на опустевший стакан. — Вам повторить?
Уолш накрыл стакан рукой.
— Не буду тратить ваше время, агент Кросс. Я хочу, чтобы расследование убийства моего сына было закончено как можно быстрее.
Мейсон смотрел в стакан какое-то время и подумывал, не выплеснуть ли содержимое в физиономию Уолшу, но решил немного повременить. Где он уже это слышал? Такие слова еще раз указывали, какие все стали нервные.
— Уверяю вас: я делаю все, что в моих силах, лишь бы побыстрее его закрыть.
— Я видел отчет о патологоанатомическом исследовании. Я не хочу, чтобы эта информация стала достоянием общественности. Моя жена уже и так в отчаянии. Вдруг ей станет еще тяжелее из-за информации о кокаине?
Странно. Мейсон ожидал от Уолша уверений, что его сын никогда не использовал наркотики. Может, он переоценил горе Уолша. Или, вероятно, его желание защитить репутацию семьи перевешивало горе.
— Возможно, отчет станет одним из доказательств, если будет суд. Я никак не могу контролировать, что окружной прокурор делает с уликами. Хотя судебного процесса я не жду.
— И госпожа мэр, и начальник Управления полиции заверили меня, что вы разберетесь с ситуацией, — сообщил Уолш. — Мне требуются и ваши личные заверения.
Почему Мейсон не удивился? Конечно, сильные мира сего выступили с заверениями.
— Сделаю все, что смогу, — сказал Мейсон.
— Спасибо за бурбон.
Уолш соскользнул с табурета и ушел.
Мейсон всегда гордился тем, что держит руку на пульсе происходящего на его «участке». Теперь он начал подозревать какие-то странности.
Здесь что-то гораздо серьезнее, чем он ожидал.
Доктор Холден начинает сеанс с обычной процедуры подготовки к регрессионной терапии.
— Сэди, это наш третий сеанс. Во время предыдущего сеанса мы возвращались в тридцать первое октября. Устраивалась вечеринка, на которую приехал какой-то важный гость. Мы можем поподробнее обсудить тот вечер?
Молчание.
— Если мы не будем продвигаться вперед, то никогда не доберемся до утраченных вами воспоминаний.
— Что-то пошло не так в тот вечер.
Ее голос звучит слишком тихо и слишком жалобно. Сэди жесткая, трезвомыслящая, черствая и неукротимая… как и ее отец. Но это ее голос. Без вопросов.
— Объясните, что имеете в виду. В каком смысле не так?
— Я чувствовала себя странно, словно приняла какую-то дурь. Наверное, кто-то что-то подмешал мне в стакан. В один момент мне даже пришлось поставить стакан на ближайший стол и ухватиться за него, чтобы не упасть. Комната кружилась перед глазами, и в глазах потемнело.
— Вы потеряли сознание?
Молчание.
— Вы должны произносить ваши ответы вслух, Сэди. Недостаточно кивать или качать головой.
— Нет. Сначала нет. Я пошла в ванную. Вымыла лицо и оглядела себя в зеркале. Мне казалось, что на мое лицо один за другим наплывают дикие образы. Вероятно, я видела маски, которые некоторые люди надели на ту вечеринку. Весь вечер перепутался у меня в голове. Может, так текила подействовала. С другой стороны, думаю, дело было не только в текиле. Мне дали что-то еще.
— Что было дальше, Сэди? Вы вернулись на вечеринку?
— Я открыла дверь, чтобы выйти из ванной. Было темно. Словно кто-то выключил свет в этой части дома. Коридор был длинный, но я знала, в какую сторону идти. Так я могла добраться до большого зала, в котором устраивали вечеринку, но не могла двигаться. Я прислонилась к стене. Возникло ощущение, что я падаю.
— Вы тогда были одна?
