Сажусь, поставив ноги на пол, что ж, уже хорошо. Встаю, и сразу прикладываю руку к голове. Это слишком жестоко, ведь я еще так молода. Вчера мы с моей подругой Валей хорошо отдохнули в клубе, но сегодня у меня встреча по работе, так что надо взять себя в руки. Еле передвигая ногами, ползу до шкафа, где содержится мое главное средство от всех болей — нурафен. Часы на стене показывают 08:30, а это значит, что через пол часа мне нужно выйти.
Я смотрю на себя в зеркало, что висит в ванной комнате. Овальное лицо, глубоко посаженные глаза, ассиметричные брови и аккуратный нос, которым я всегда гордилась. Расчесываю непривычно короткие волосы, которые я безжалостно срезала и теперь они едва доставали до плеч. Думаю о том, чтобы уложить их волнами, но сразу бросаю эту затею и просто подкручиваю расческой — феном. Для кого стараться? Моя жизнь стала похожа на дешевый роман, где женщина, освобождаясь от оков брака, пускается во все тяжкие. Я пью почти каждые выходные, начала изредка покуривать сигареты, но продолжаю бегать, поддерживая иллюзию здорового образа жизни. К черту.
Солнце, похожее сегодня на бледное пятно, изо всех сил прорывалось сквозь облака. Я вдохнула полной грудью уличную свежесть. Пахло мартовской весной — мокрой, слякотной, хмурой, но такой многообещающей.
Я подошла к своей машинке, старенькому пятнадцатилетнему Мицубиси Галант. Она досталась мне после развода. Совместного имущества, кроме, красного старичка Галанта у нас не было — квартира, в которой мы жили, принадлежала мужу. Илья давно копил на новый фольцвацен, а я получила права за пару месяцев до нашего расставания. Так что бывший муж благородно отдал машину мне, как и планировалось в нашей счастливой версии, где мы живем долго и счастливо.
Закидываю сумку на сиденье рядом, и сама влезаю за руль. Подключаю любимую музыку и медленно выезжаю со двора. Мысли снова возвращаются к бывшему мужу, вгоняя в депрессивное настроение, подкрепленное легким похмельем. Мы встречались 4 года, плюс были женаты еще 3. Итого 7 лет нашей молодости. Я все еще разбиралась — зря это все было или не зря. Но все же утешала себя мыслью, что мне едва исполнилось 26, и возможно, все еще впереди. Пока я не верила в это, но на всякий случай повторяла, когда ледяная волна горечи и жалости к себе подступала ближе.
— Вера, приходи в пятницу к нам на покер, будет весело, — Костя складывает бумаги и распечатки в черную сумку через плечо.
Мы провели почти два часа обсуждая новый проект. У Кости свое рекламное агентство, а я занимаюсь веб-дизайном. И, хотя у него есть два штатных дизайнера, он подкидывает мне работу, когда у них много заказов. Сама я работаю удаленно, моя компания — работодатель находится в Москве. Не то чтобы я сама определяю время работы, но могу иногда отвлечься, если понимаю, что все нагоню до конца дня. К тому же, дела последнее время шли не очень, работы было немного, так что лишняя подработка мне не помешает.
— Спасибо, Кость, подумаю, — выжимаю милую улыбку.
— Ваня сказал, что Ильи может и не будет, — Костя знает, что скрывается за моим «подумаю».
Я почти не хожу на тусовки с нашими общими друзьями. Так бывает — при разводе вы делите не только тарелки, носки и машины, но и друзей. По умолчанию я оставила их Илье. Я бы оставила ему все, если бы он дал нам еще один шанс.
— Прошло столько времени, мы будем рады тебя видеть, — он улыбнулся.
Улыбка показалось сочувственной и сердце сжалось в тугой комок, не давая мне вдохнуть. Это одна из причин, почему я не могу встречаться с нашими общими знакомыми — липкая, навязчивая мысль, доходящая до паранойи: меня все жалеют. Сжимаю кружку кофе и делаю большой глоток. Полгода прошло, Вера. Пора возвращаться к жизни.
— Я подумаю, правда. Напишу в четверг точно, окей? — ставлю кружку на стол и встаю, обозначая конец разговора.
— Окей. Ты на машине? — Костя кладет в счет чаевые и мы выходим на улицу.
Только выйдя на улицу, в кармане раздается трель телефона. Я чмокаю Костю в щеку и сажусь в машину, подключая громкую связь.
— Алло?
— Привет, жива? — у Вали довольно бодрый голос.
— Да, жива-здорова! Голова побаливает, но состояние вполне себе. Ты выспалась?
— Спала до обеда, башка раскалывается жутко. Кажется, яблочный сидр — не мой напиток.
— Или все то, что было после него, — сказала я, усмехнувшись.
— Ну или так, — легко согласилась подруга.
Мы познакомились в университете, попали в одну группу, но подружились только на втором курсе после летней практики. За эти годы было много всего — ссор, ревности, непонимания, дружба с другими, но в итоге Валентина осталась единственной, кто и в огонь, и в воду, и в клуб в 2 часа ночи.
Я поболтала еще немножко с подружкой и отключилась. До моей съемной квартиры ехать примерно пол часа, так что я быстро доезжаю до дома, пробок в это время почти нет. Квартирка находится недалеко от центра и просто большая удача, что мне удалось ее снять за довольно небольшую плату в месяц.
