- Вы ведь не женаты? – вдруг задала вопрос Анна, глядя на него в упор.
- Нет.
- У Вас есть девушка, мсье Франсуа?
- Девушка? – искренне удивился он. – Нет. А почему Вы спрашиваете?
- А кто есть?
- Что? – теперь и он смотрел ей в глаза, слегка растерявшись от неожиданности.
Несколько мгновений оба молчали, потом вдруг мужчина громко рассмеялся. И даже хлопнул в ладоши.
- Что Вас так развеселило?
- А Вы забавная, мадемуазель! – воскликнул управляющий, продолжая смеяться, но глаза его оставались серьезными, в них не было сейчас и тени радости или веселья. – Надо же!... Всего доброго, мадемуазель!
С этими словами управляющий гостиницы повернулся и скрылся в палате, захлопнув дверь прямо перед ее носом.
Анна постояла секунду в коридоре, потом вернулась в холл, где ее дожидался Эрнест.
- Ну что? Его напичкали лекарствами? – подскочил он к ней, едва она вошла.
- Да, похоже, у него слабость, головокружение… ой, Эрнест, этот негодяй запретил мне его видеть всю неделю!
- Франсуа?
- Угу.
- А где он будет эту неделю? В больнице?
- Да… здесь, в гостинице, его заперли в палате… – всхлипнула девушка.
- Ну, ну, не расстраивайтесь! – посочувствовал мужчина, погладив ее по плечу. – В палате есть видеокамеры?
- Что?
- Видеокамеры в его палате. Есть или нет?
- Ммм… кажется, нет.
- А в коридоре, рядом с дверью?
- Не знаю… надо проверить, а что?
- Да нет, ничего, – хитро пожал плечами ее приятель. – Пойдемте к Эркюлю, выпьем чаю с тортом? Вам необходимо поднять настроение!
Девушка недоуменно посмотрела на него и пожала плечами:
- Ну… пойдемте.
====== XXXVI. Объяснение в любви... ======
Утром в половине восьмого появилась мадам Натэлла с очередной порцией антибиотиков, градусником и аппаратом для измерения давления. Едва она закрыла за собой дверь, ключ в замке повернулся снова, и на пороге появился управляющий.
- Доброе утро, друг мой! – воскликнул он, входя.
В руках у него был поднос с завтраком, который он быстро поставил на небольшой столик-трансформер, а столик водрузил на постель, поверх одеяла, пластиковые ножки филигранно вписались по бокам тела «больного». Иньяцио обреченно следил за этими необычными манипуляциями, понимая, что от приема пищи ему не отвертеться.
- Доброе утро, мсье.
- Ну вот, сегодня ты выглядишь получше, – отозвался управляющий, положив руку ему на лоб, – температуры нет, жара нет…
- Значит, я могу приступить к своим обязанностям?
- Твоя обязанность – лечиться, набираться сил! Так что давай завтракать, – Франсуа помешал кашу в тарелке, зачерпнул ее ложкой и поднес ложку ко рту Иньяцио.
Молодой человек поморщился и отвернулся.
- Что такое?
- Можно без этого обойтись?
- Без чего? – удивился управляющий.
- Я не люблю овсянку, мсье. И… я вполне могу сам поесть.
- Можешь, можешь. Овсянка тебе сейчас показана как лекарство. Так что не кривляйся, попробуй!
Иньяцио вздохнул и открыл рот. Франсуа тут же поместил туда ложку с кашей. Пришлось жевать.
- Ну? Что, не вкусно?
- Не знаю, – пожал плечами юноша и увидел, как следующая ложка с кашей появилась у него под усами. – Можно, я сам поем?
- Рот открой!
Иньцио открыл, и снова овсянка оказалась у него на языке. Франсуа нехотя отдал ему ложку.
- Можешь вон… ягоды добавить… Ты как любишь, сладкую или с мясом? Вот здесь бекон…
- Я никак не люблю, – повторил Иньяцио, продолжая поглощать кашу.
- Хм. Я принес тебе сок и воду, бери, что хочешь, – не обращая внимания на его слова, продолжал управляющий, наполняя стакан соком.
- Спасибо, мсье. А за что мне вдруг такое внимание? – осторожно уточнил юноша.
- Я забочусь о своих подчиненных. Устраивает?
- Ммм… Мсье, Вы же никогда этого не делали.
- Ну… ты никогда еще не попадал в такую мясорубку. Как самочувствие?
- Нормально. – Он помолчал немного, глядя ему в глаза. Потом спросил: – Как она?
- Что?
- Мсье, Вы вчера ее вышвырнули отсюда! – напомнил ему «больной».
- Ах, это… Иньяцио! Ты как маленький, в самом деле! С мадемуазель все в порядке… или ты думаешь, я могу причинить ей вред?
- Вы сделали ей больно! А я просил Вас ее не трогать… Вы же обещали!
- Больно? Я всего лишь взял ее за руку, – возразил управляющий с улыбкой. Н о глаза его не улыбались. – Друг мой, перестань забивать свою голову ненужными вещами! С ней все в порядке, она живет своей жизнью, а ты – своей. Пора вспомнить об этом. Принести тебе свежие журналы почитать?
- Нет, спасибо.
- Я ничего за это с тебя не потребую.
- Благодарю Вас, мсье, мне ничего не нужно…
- Так уж и ничего? Иньяцио, расслабься, ты болеешь, и я могу выполнить какое-нибудь твое пожелание. Пользуйся положением, пока есть возможность! Ну? Я серьезно.
Юноша доел кашу и закинул в рот кусок бекона.
- Вы все равно не согласитесь, мсье…
- А ты рискни… вдруг повезет? – подмигнул управляющий, взял его левую руку в свою и сосредоточенно щупая пульс, результат, кажется, его удовлетворил: – Так… нормально. Ну?
Молодой человек набрал в грудь побольше воздуха и сказал:
- Я лишь хочу убедиться, что с мадемуазель Анной все в порядке. Лично убедиться. Я хочу ее увидеть… Но ведь это невозможно, Вы сами говорили…
Франсуа де Винсент пожал плечами и вдруг сказал:
