— У меня была странная реакция. Мама говорит, я вообще внешне никак не отреагировал. Хотя я почему-то этот период почти не помню. Запомнилось лишь ощущение беспомощности, когда понимаешь, что от тебя ничего не зависит и ты ничего не можешь сделать, чтобы как-то изменить ситуацию. Но воспоминания о том, что я тогда чувствовал, странным образом стерлись из памяти. Почему я не плакал и никак не реагировал, объяснить не могу. Зато помню, как начал плохо учиться и драться в школе. Учителя от меня выли и лезли на стены, грозились отчислением. А я задирал всех подряд, в том числе более старших ребят, за что регулярно выхватывал, — усмехнулся он.
Я закусила губу. Представила себе этого мальчика, который потерял отца и все переживал в себе, не зная, как выразить свою боль и горе кроме как в агрессии. Внутри что-то сжалось от жалости к нему.
— А потом это прошло?
— Да, потом прошло. Но это уже другая история.
— Не расскажешь? — мне было очень интересно побольше узнать о нем.
— Может, как-нибудь в другой раз. После того, как ты мне расскажешь еще что-нибудь. А то ты и так знаешь обо мне больше, чем я о тебе.
— Ну, я бы так не сказала.
— Ты даже дом мой видела.
— Так ты мой тоже!
— Да, верно. Хммм… ты ведь и правда там живешь, да?
— Да. Ты думаешь, я какая-то скрытая миллионерша, что ли? У меня ничего нет, кроме этой квартиры!
— Уверена?
— На сто процентов!
— Хмм… ладно, — он как-то растерянно почесал подбородок.
— Разочарован?
— Да нет. Наоборот.
Наоборот?.. Что это значит?
— Знаешь, я совсем тебя не понимаю. Думала, что раскусила, а сейчас не уверена.
Он покачал головой.
— У меня такая же фигня. Раньше думал, что понимаю, а сейчас в растерянности.
Ну, как бы там ни было, а он все равно от меня что-то скрывает. Да, может, он и не брачный аферист, но ему от меня точно что-то нужно. И, пока я не узнаю, что именно он скрывает и что ему нужно, я ничего рассказывать не собираюсь.
— Так ты отвезешь меня домой?
Он бросил на меня недовольный хмурый взгляд.
— Почему ты постоянно хочешь побыстрее сбежать? Тебе со мной некомфортно?
Да, мне было с ним некомфортно. Еще как! Он меня невероятно озадачивал, напрягал и… невероятно привлекал одновременно. Думаю, именно последнее меня и пугало больше всего.
— Есть такое дело, — потупилась я.
— Почему? — он смотрел на меня очень внимательно, и в это раз без этой своей обычной издевки.
— Ну… — я не выдержала его взгляд и вновь опустила глаза, — ты меня смущаешь.
— Смущаю… — он словно покрутил на языке это слово, пробуя на вкус. — А что это значит? Я тебе нравлюсь?
— Нет! — подскочила я на сидении.
— Хмм… ладно. Поставим вопрос по-другому — я тебя привлекаю?
Я молчала, глядя на столик перед собой.
— Д-да… — с трудом выдавила я, покраснев до корней волос. — Только физически, — тут же добавила я.
— Хочешь меня? — тихим вкрадчивым голом произнес он мне почти на ухо, как-то незаметно придвинувшись совсем близко.
— Перестань! — взмолилась я, уже готовая вскочить.
— Дай мне руку, — попросил он.
— Зачем? — тут же напряглась я.
— Затем. Увидишь. Но я хочу, чтобы ты сама мне ее дала, — его серые глаза сейчас казались расплавленным серебром.
Закусив губу, я нерешительно протянула ему руку, заинтригованная.
Он взял мою кисть, обхватив ее за запястье и положил себе на колено, ладонью вверх.
Я замерла и не дышала. После чего начал медленно и легко касаться кончиками своих пальцев моей кожи. Выводил узоры на моей ладони. Это было так нежно и невесомо, почти щекотно, но все же невероятно приятно.
Он касался ладони, скользил вдоль пальцев, прикасался к подушечкам, вызывая мурашки по всему моему телу. Несмотря на то, что это была всего лишь рука, это было как-то очень… интимно.
Постепенно его касания становились сильнее, превращаясь из невесомых поглаживаний скорее в легкий массаж кисти. Я почувствовала, как мое дыхание само собой участилось.
Какой же кайф! У него просто волшебные руки! Потрясающе!
Не знаю почему, но мое тело улавливало в его прикосновениях какой-то эротический подтекст, хотя, наверное, со стороны было похоже на обычный массаж рук.
Макс неотрывно смотрел на мое лицо, которое наверняка пылало, а мне было невероятно приятно и стыдно за это удовольствие.
Вскоре выносить это уже было совершенно невозможно.
— Все, хватит, — попросила я, выдергивая свою руку.
Он нехотя отпустил ее, слегка задержав в своей ладони.
— Для чего все это? — спросила я, пытаясь взять себя в руки.
— Это была всего лишь рука. Я могу делать это со всем твоим телом… Это и намного больше, — тихо произнес он.
Боги!
Я испуганно вскочила, паникуя.
— Я же говорил, что только с твоего согласия. Не захочешь — ничего не будет. Незачем в панике убегать, — он тоже встал и теперь стоял вплотную ко мне.
Отступать мне было некуда, сзади стоял диван.
— Я… — замялась я.
Он нависал надо мной, глядя в мои глаза. Сердце колотилось в безумном ритме.
Подняв руку, он ласково прикоснулся к моим волосам, убирая прядку за ухо.
