Понимая, что сейчас балансирует на краю жизни и смерти, Тори мысленно читала молитвы. Один неверный взгляд. Одно неверное слово… И никто ее не спасет.
Голубые глаза испуганно смотрели на графа, и когда она ощутила, как ее спина коснулась холодной стены, сердце начало стучать так сильно и быстро, что начало колоть, пытаясь вырваться из груди.
Винсент подошел к ней и присел на корточки.
Тори отвернула в сторону голову, стараясь не смотреть на него. Не видеть этого взгляда.
Но он решил по-другому.
Схватив ее за лицо, граф повернул его к себе.
— Тори, Тори… Неужели ты меня боишься? Неужели не понимаешь, что я дам тебе любовь?
Виктория зажмурилась. По щекам текли слезы.
Дэймон, пожалуйста… Пожалуйста…
Проведя пальцем по ее губе, Скроуп застонал. А потом жадно поцеловал.
Не сражайся. Не подавай виду.
Если поцелуй против воли считали грубостью, то граф не просто был груб. Он насиловал ее этим поцелуем.
Винсент целовал ее резко, жестко. И долго.
Казалось, он совсем не понимает, что Тори не отвечает ему.
Скроуп прекратил свои издевательства над ее губами и прижался лбом к ее лбу, закрыв глаза. А потом тихо прошептал:
— Грейс, родная моя. Я не дам ему разлучить нас. Не позволю сделать это снова. Прости, милая, но я убью твоего любимого брата… Пока он опять не убил тебя.
Тори была в ужасе. Только сейчас она в полной мере поняла, что у графа повредился рассудок. Он находился на грани вымысла и реальности, каждый раз впадая в разные миры.
Он сумасшедший.
— Я искал тебя. Искал и нашел. Помнишь, как мы гуляли по парку вечером? Я снова ждал там тебя. Как тогда. Но ты все не приходила… — он покачал головой и втянул воздух в легкие, но глаза оставались закрытыми. — Приходили другие. Они хотели стать тобой, говорили мне, что это их я жду. И я не сразу понимал их обман… Только когда входил в них, брал их… Тогда я понимал, что это не ты. Не твое тело. Как я злился! — кулак ударился в стену резко и сильно, в сантиметре от лица девушки. — Я убил их, Грейс. Вот видишь, я готов за тебя убить. И делаю это ради тебя.
Виктория боялась не только пошевелиться. Она боялась даже дышать. Находиться лицом к лицу с маньяком, потерявшим рассудок… Да ее шансы выжить равны нулю!
Тори не издавала ни звука. Ни всхлипа. Слезы беззвучно катились по мокрым проторенным дорожкам на щеках.
Когда граф поднялся на ноги и повернулся к ней спиной, только тогда в ее легкие попал свежий воздух.
Винсент потряс головой.
Казалось, что может быть страшного в этом движении?
Но для Тори все в нем казалось страшным.
Он тряс так сильно, так отчаянно, при этом бил себя по лбу, что Виктория мысленно молила о том, чтобы под ней разверзлась земля.
Уж лучше ад, чем я останусь с ним.
Когда же мужчина захохотал, Тори просто закрыла глаза и откинула голову назад.
Пусть просто быстрее убьет. Потому что я не хочу больше испытывать этого душераздирающего чувства страха.
— Тори, ты успела попрощаться с герцогом? — словно ни в чем не бывало спросил Скроуп.
Он вернулся в реальность?
Виктория молчала. Она просто не знала, что ему сказать. Кроме ужаса в ее голове больше ничего не было. Даже слов. Ей на мгновение показалось, что она забыла, как разговаривать.
— Надеюсь, что да. Видишь ли, больше ты его не увидишь, — хохотнул граф, — сегодня я отправлю его за Грейс.
Первый всхлип наконец-то вырвался наружу. Потом второй. И она, уже не сдерживая себя, разрыдалась.
— Пожалуйста… Не делай этого, Винсент. Прошу. Я останусь с тобой. Я сделаю все, что ты хочешь… Не трогай его…
— Какое самопожертвование, Тори! Я восхищен! — он повернулся к ней, хлопая в ладоши. — Это вторая причина, по которой он отправится прямо в преисподнюю. Потому что пока он будет жив, ты будешь его любить.
— Я полюблю тебя. Обещаю!
Тори упала перед ним на колени и совсем не чувствовала себя жалкой. Она просто чувствовала себя слабой, не способной совладать с тем, что обрушилось на ее плечи и на сердце.
Винсент подошел к ней и снова схватил ее за подбородок, поднимая вверх лицо.
— Я верю тебе. Но не верю ему.
Скроуп снова поцеловал девушку и отпихнул ее так сильно, что она упала на спину.
Граф быстрым шагом направился к двери. И громкий стук его шагов отдавался в ее голове эхом.
— Надеюсь, в этот раз ты меня дождешься, милая, — холодно добавил он.
И только когда дверь хлопнула так сильно, что казалось, упадет потолок, и в замке повернулся ключ, Виктория дала волю своим чувствам.
Винсент наслаждался своим превосходством. Он всегда умел ждать, усыплять бдительность. И теперь он направлялся за своим вознаграждением.
Уже у выхода мужчина обернулся и взглянул на часы, висевшие над камином. На его губах заиграла улыбка.
Тик-так, Дэймон. Скоро я к тебе приду. И я обещаю, ты умрешь там же, где умерла моя Грейс.
Дэймон не мог сконцентрироваться на игре. Он проиграл уже приличную сумму, и, казалось бы, надо остановиться… Но домой ему пока не хотелось. И женщин ему не хотелось.
Впервые в жизни он понимал, что хочет чего-то, о чем не может рассказать. Даже правильно сформулировать.
«Да, я жалею!».
Твою мать!
Подняв со стола стакан с бренди, он осушил его одним глотком.