Не потерять человека полностью

Поэтому бытующее иногда представление о том, что культура подростка и его родителей – их личное дело, в корне неправильно и вредно. Невежество, бескультурье – большое общественное зло, порождающее, в частности, преступность и взрослых, и детей. Бесспорно, что наше общество создает все условия, принимает все меры к повышению культурного уровня советских людей. Этой благородной цели служат гигантские, неисчислимые средства: система народного образования, пресса, издательства, научные учреждения, театры, кино, музеи, клубы, народные университеты. В этих условиях задача приобщения к образованию и культуре «трудных» ребят и их родителей представляется вполне реальной. От общественности, от всех, кто причастен к работе с подростками, требуется лишь одно: гигантские всесоюзные масштабы всеобщего обучения, всеобщей культуры упростить, сфокусировать, довести до личности одного маленького конкретного Вовы и его родителей и именно их приобщение к образованию и культуре почувствовать своим нравственным долгом…

Заканчивая рассказ об Ольге Костиной, мы хотели бы сказать еще несколько слов о взрослых. О тех взрослых, которые находятся рядом с несовершеннолетними правонарушителями. О которых мы уже не раз говорили, о «заступниках», отождествляющих судебный приговор подростку с тюрьмой, а не с перевоспитанием его.

«…Я претензий к Ольге Костиной не имею, так как сделала она это несознательно, – заявила в суде потерпевшая Бекнарбекова. – Виноваты родители – в том, что не занимались ее воспитанием, и те, кто вовлек ее в преступную жизнь. Я – педагог, и мне больно видеть Костину перед судом… Я ей прощаю…»

Не правда ли, какая благородная и великодушная позиция? Ведь обидели, обокрали женщину, а она прощает! Украденный рубль, правда, вернули, но все-таки моральная травма… Один не совсем «корректный» вопрос к вам, товарищ Бекнарбекова: вы полагаете, Ольга знала, что у вас в сумке рубль? Или, может быть, видя, что вы собираетесь сделать дорогую покупку, рассчитывала на большее? И как бы отнеслись вы к Ольге, вытащи она не рубль, а все ваши сбережения, добытые нелегким трудом? И не кажется ли вам, что с нравственной точки зрения безразлично, сколько украсть – один рубль или тысячу? И наконец, товарищ педагог, можно ли одним легким словом прощать то, что изживается лишь в результате длительных и серьезных педагогических усилий?

Нет, товарищи взрослые, речь здесь не о пустяковых детских проступках, мы не имеем права прощать, потому что, когда наши дети совершают преступление, слово «простить» означает равнодушное «наплевать». Потому что «простить» ребенка в преступлении – это значит бросить его в беде…

А сейчас поговорим об одном из самых массовых факторов преступности вообще и преступности несовершеннолетних в особенности – о пьянстве. Мы уже касались этого вопроса в разных конкретных случаях, рассказанных в предыдущих главах. Но проблема эта настолько серьезна, настолько значительна, что о ней надо говорить особо.

Поведение некоторых взрослых людей зачастую приводит подростков к преступлению. Да, не удивляйтесь. Правда, разными путями. Мещанским отвратительным презрением к оступившемуся. Свинским равнодушием к судьбе подростка. Тупым непониманием того, что ребенку нельзя показывать дурных примеров, что он, как губка, впитывает их. Но самое страшное, самое пагубное – это вовлечение подростка в пьянство. И не только с точки зрения морально-этической. Потому что пьянство закономерно ведет подростка на скамью подсудимых. Вот что написал один из воспитанников колонии для несовершеннолетних, осужденный к лишению свободы за тяжкое преступление: «Пить я начинал со взрослыми, на ихние же деньги, так как сам я еще не работал. Когда я с этими друзьями повелся, то мне некогда стало учить уроки, и занимались мы чем попало. Потом я стал еще больше пить, остался на второй год. И наконец, с дружками, с какими пил, сделал преступление. Если бы я был один, никогда бы не было такого, ведь предыдущие годы были хорошие, я был тихеньким. И сейчас мне очень обидно, что столько лет я копил хорошую характеристику, а за какой-то год я ее испортил, и главную роль, конечно, сыграли у меня взрослые дружки…» В этой истории, как в капле воды, отражается типичная картина совращения несовершеннолетнего парнишки взрослыми пьянчугами, происходит ли это дома или на работе.

Вот еще, пожалуйста.