– Нынче пошли такие, как ты, – хладнокровные. А нежные да трепетные на пенсию собираются…
Строев захохотал:
– Это вы-то на пенсию? Вам еще и пятидесяти нет!..
Игорь промолчал. Машину сильно тряхнуло на яме в асфальте. Чертыхнувшись, Строев вернулся к разговору:
– Вот возьмем эту историю. Честно говоря, не понимаю я, чего мы-то дергаемся. Ищем на свою шею приключений.
Возный неодобрительно покосился на него, проворчал:
– Ну да, тебе бы свои височки куда-нибудь списать. И – вперед: в бар либо по видику голых баб смотреть!
– У вас, Юрий Петрович, искаженное представление о моем досуге, – отмел обвинение Строев. – Но не будем отвлекаться от дела. Итак, у нас не только заявления потерпевших нет. Нас прямо метлой гонят! А мы навязываемся…
– Что значит – навязываемся… – буркнул Возный.
– А то значит, что не нужны мы им – ни с делом Кокорева, ни даже с собственным пацаном.
– Вот как!
– Конечно! Кокорев им всем кормилец, так что трогать его нельзя. А с мальчишкой – так денежки у Шерстобитовых имеются, договорятся они потихоньку с жуликами, и порядок. Мы тут лишние… – И с каким-то даже удовольствием повторил: – Лиш-ни-е! Мы не для них существуем, мы – для народа!
Возный очень профессионально изобразил удивление.
– Даже та-ак? – спросил он. – А откуда у Шерстобитовых денежки?
Наивность начальника навеяла на молодого опера скуку. Прикрывая зевок ладонью и одновременно любуясь золотым кольцом на безымянном пальце, он сказал снисходительно:
– Не надо, Юрий Петрович! Весь город знает: Зоя Михайловна восемь лет в своем кабинете не зря сидела: квартиры, машины, торговля – все в ее руках… Да и Сергей со своих геологических изысканий каждую осень добрую мошну привозит.
– Угу… все понятно, – едко усмехнулся Возный. – По-твоему выходит, они одного поля ягоды…
– Кто? – на всякий случай переспросил Строев.
– Шерстобитовы – и сволочи эти… – Голос у Возного вдруг перехватило, и он закричал фальцетом: – А если завтра они нам труп мальчишки подбросят, черт тебя побери?!
Строев покрутил кольцо на пальце и сказал спокойно:
– Маловероятно.
– Ты мне эту философию кончай, – сердито приказал Возный. – «Маловероя-ятно»! От них чего хочешь дождешься!..
– Слушаюсь! – невозмутимо отозвался Строев.
Машина подкатила к особняку Управления внутренних дел. Вылезая на улицу, Возный сказал Строеву, усмехаясь:
– А чтобы всякая ерунда не лезла тебе в голову, бери эксперта – и давай на памятник, может, на осколках бутылки пальцы остались…
– Я тоже туда подъеду, – сказал Игорь.
– А тебе-то зачем? – удивился Возный.
– Хочу влезть в их шкуру. Ну-у… почувствовать то же, что и они.
– И дальше?..
– А дальше попытаюсь сообразить – что бы я делал на их месте.
В доме застыло мучительное молчание. Лидия Николаевна по-прежнему сидела на скамеечке в ванной, глаза ее были закрыты, губы беззвучно шевелились – молилась. Зоя отрывалась от окна лишь для того, чтобы налить себе очередную порцию валерьянки. Лариса, поджав под себя ноги, устроилась в глубоком кресле – механически, не глядя, вязала носок.
В тишине резко звякнул телефон. Один раз. Сергей рванул трубку:
– Алло!.. Алло!.. – Нет ответа. – Алло… Алло…
Нет ответа. Устало уронил трубку на рычаг. Мысли его были бесформенными, вязкими, все существо охватила какая-то странная апатия. Подошел к бару, налил себе из заметно опустевшей бутылки коньяку, выпил.
Зоя покосилась на него, но ничего не сказала. Оторвалась от окна, взяла с книжной полки альбом, раскрыла его на цветной фотографии: Марат, еще маленький, играет на ковре с огромным заводным танком… Подняла глаза на Ларису, пробормотала:
– Здесь ему три годика.
Лариса, будто оправдываясь, кивнула на свое вязанье, сказала виновато:
– Я, Зой, не могу, если ничего не происходит… – соскочила с кресла и приблизилась к сестре.
Зоя, отвернувшись от нее, перелистнула альбом – здесь Марат, уже постарше, в очках, читал книгу, уставивши палец в строку. А рядом, умильно глядя на него, сидела кудрявая Дэзи…
Закусив губу, Зоя закрыла альбом, выщелкнула из пачки сигарету, закурила. И вернулась к окну. Сергей подошел, молча обнял ее за плечи.
Звякнул телефон. Сергей пробежал к нему через комнату.
– Алло!.. – и угасшим голосом: – Нет… Ничего… Нет…
Не находя себе места и чтобы хоть чем-то заняться, открыл секретер, где лежали деньги, и принялся их пересчитывать.
Звонок. Опять не отвечают. Но и отбоя нет.
– Алло! Алло!.. Вас не слышно! – кричал Сергей.
Внезапно трубка ожила.
– Ну че надрываешься? – спокойно сказал преступник. – Зато тебя слышно… Бабки собрал?
– Собираю, – упавшим голосом сказал Сергей. Зоя подбежала к нему, приникла к трубке, шепнула: «Завтра!»
– Завтра утром должны быть, – сказал Сергей. – Слушай, как там… Марат?
Незнакомец издевательски засмеялся:
– Уроки учит. Ты за него не переживай. – Помолчал немного и вдруг спросил: – Хочешь с ним поговорить?
И оцепеневшие родители услышали голос сына:
– Папа! Папочка!.. Это я!.. Они меня увезли! Папка…
Невнятный шум в трубке – и снова преступник:
– Слышал? Так что шевелись. А то пацана жалко… – И голос его вмиг сделался жестким, угрожающим: – Только не вздумай мудрить!
