Открыв дверь, он вышел из машины и облокотился на крышу Импалы, успокаивая себя. Конкретно сейчас Сэм должен закончить лечение на сегодня и быть в своем домике, отдыхать или смотреть телевизор. Он знал, что Дин придет рано и расскажет всю правду. Но на самом деле он скажет брату, что у них все хорошо, что его безболезненно продержат на этой работе, пока он не найдет другую. Это было правдой для Сэма. Дин сделает что угодно, чтобы оставить Сэма здесь, чтобы позволить ему получать экспериментальное лечение, которое уже так сильно помогло. Четыре месяца назад врачи госпиталя сказали, что его брат навсегда останется на системах жизнеобеспечения, никогда не начнет снова говорить или двигаться, что нужно смириться с этим. Они ошиблись. В Центре святого Рафаэля для Сэма сделали все возможное и невозможное, и отступать уже было нельзя.
Со вздохом закрыв дверь автомобиля, Дин направился к проходу рядом с главным зданием и прогулялся мимо аллеи, похожей на парк, уступая дорогу медсестре, толкающей вперед инвалидное кресло с пациентом. Он кивнул им и пошел дальше. Умиротворяющий день. Светило солнце, было тепло, но не слишком жарко, и пели птицы. Все было прекрасно, за исключением его собственного дня на работе. Дин планировал найти что-то другое уже в ближайшие дни. Может быть, ему даже не придется продавать себя или красть, заниматься чем-то, чего он старался не делать, в основном потому, что если с ним что-то случится, то некому будет быть здесь и помогать Сэму.
Поднявшись по деревянной лестнице на небольшое крыльцо, Дин открыл дверь и прошел внутрь.
— Это я, — объявил он, проходя в жилую комнату, в которой стояла больничная кровать, немного мебели и телевизор, а также его собственная постель у противоположной стены. Дин снял куртку и повесил ее на спинку стула возле обеденного стола, затем подошел туда, где сидел Сэм. — Ты все хорошо сегодня делал? — спросил он, опуская ладонь на плечо Сэма и улыбаясь, когда брат взглянул вверх — движение, которое он не мог сделать несколько месяцев назад.
Сэм посмотрел на ладонь Дина, потом перевел взгляд на его лицо и выдавил улыбку. Он с усилием повернул голову — так, чтобы посмотреть на свои колени, на которых лежала его ладонь, сжимающая пульт от телевизора. Он медленно поднял руку, дрогнул и отвернулся, досадуя от отсутствия контроля над мелкой моторикой.
— Се-мь, — медленно произнес Сэм и сконцентрировался на том, чтобы надавить пальцем на кнопку. Телевизионный канал сменился на седьмой. — Вверх, — сказал Сэм, перемещая палец на кнопку громкости и увеличивая звук. — Ниже, — он снова нажал на регулятор громкости, уменьшая ее. Он позволил руке опять упасть на колени и посмотрел на Дина, широко улыбаясь — достаточно для того, чтобы его ямочки начали показываться. — Хорошо?
— Хорошо? Не просто хорошо, это чертовски круто, Сэм, — воскликнул Дин, неожиданно получив отличную причину улыбнуться так же широко. — Действительно круто! Ты что-то скрываешь от меня? Это из-за нового терапевта, она… горячая штучка? — он подмигнул, засмеявшись над порицающим видом Сэма. — Мы должны отпраздновать это, — Дин пересек кухню, открыл бутылку пива для себя и налил стакан лимонада для брата. Воткнув в него соломинку, он направился обратно, подцепил ногой стул и поволок его к Сэму. Ударив стакан с бутылкой друг о друга со стеклянным звоном, Дин произнес: — За успехи! — и поднес стакан поближе к Сэму, прикладывая соломинку к его рту.
Сэм сделал пару глотков через трубочку.
— За-ус-х, — Сэм приложил все усилия, чтобы повторить тост. Он скорчил одну из тех расстроенных физиономий, означающих разочарование. — Зу-пех, — снова попытался он. Вздохнув, Сэм еще отпил лимонада. Он взглянул на часы и сфокусировался на брате. — Труд? — спросил Сэм, и в его глазах зажглось любопытство.
Дин поставил оба напитка на кофейный столик и потер шею.
— А, об этом… Меня уволили. Вообще это к лучшему, я чувствовал себя ослом, говорящим с людьми в попытке втюхать фуагра и мелкий горошек, мне это все не по душе. Но не волнуйся, я над этим работаю, — он встретил взгляд Сэма. — Кую железо, пока горячо. Мы сможем получить деньги, оформив ипотеку или взяв ссуду в банке, — он старался не утаивать мелочей от Сэма, потому что брат все равно смог бы все выяснить или начать беспокоиться. Но Дин просто не мог пересилить себя и сказать Сэму, что программа обработки чеков банка всю ночь проверяет его код подключения. Не было никаких гарантий, что Сэм не примет это на свой счет и не потребует прекратить лечение, а это не представлялось для Дина возможным. Он хотел оставить здесь Сэма для продолжения терапии.
С большим усилием Сэм поднял руку и сделал поворот плечом; ему удалось положить ладонь на бедро Дина.
