Вот и сегодня Тёмный очень сильно разозлился, влетел в библиотеку, где мы с Ташей занимались дадарийским языком. Он не контролировал свою Тьму. И она с яростью бросалась на всё живое. Так как в помещении, кроме его жены, была только я, то получила сполна. Тёмный туман кусался. До костей пробирал, заставляя вжаться в уголок дивана. Мужчина не замечал этого, самозабвенно ругался с женой. Когда их отвлёк дроу, Тьма нашла новую мишень и атаковала его. Я смогла сбежать и спрятаться в комнате.
Прогнав неприятные ощущения, испытанные мной несколькими часами ранее, выбираюсь из остывшей воды. Переодеваюсь, сушу волосы и возвращаюсь в комнату.
Улёгшись на краешек кровати, кутаюсь в одеяло. И засыпаю довольно быстро. Мне снится безумной красоты женщина. Она выходит из тёплого жёлтого света, вся светится ярко и улыбается широко. Подойдя ближе, ладонью щёку накрывает. Смотрит по-матерински тепло и с любовью.
— Тебе пора, Татьяна, — тихой трелью льётся её голос, окутывая пространство.
— Куда? — недоумеваю я, рассматривая белоснежную пустоту вокруг.
— Найти свой путь, — наводит туману дама.
— Но я не знаю мира…
— Познакомишься, — насмешливо перебивает. И, ярко вспыхнув, женщина испаряется.
Как только свет пропадает, я просыпаюсь. Обалдело верчусь, рассматривая пустой проезжий тракт. С двух сторон от тракта лес с исполинскими и пышными деревьями, высокой травой да кустарниками. Приплыли. Как я здесь оказалась? Кто меня сюда перенёс? И как теперь найти дом подруги?
На закатно-сером небе вспыхивает молния, слегка пугая внезапностью. А внутренний голос, принадлежащий той женщине из сна, предлагает поехать в главный храм местной богини, что находится на землях дроу.
Отличное предложение, только у меня нет денег. На мне довольно лёгкое домашнее платье и обуви нет. Пешком идти не вариант. Если сейчас достаточно тепло, то ближе к ночи похолодает, и я замёрзну окончательно.
Выбора у меня особо нет. Ждать, когда проедет хоть какая-то повозка и напроситься в попутчики, или идти пешком, надеясь найти хоть какое-нибудь ближайшее поселение. Выбираю второй вариант. Осматриваю тракт, силясь увидеть на горизонте хоть какую-то подсказку. И, применив детскую считалочку, бодро шагаю вперёд, навстречу этому самому «своему пути», что загадала мне дама из сна.
Приблизительно через полчаса я слышу скрип колёс. Разворачиваюсь и широко улыбаюсь. Кучер тормозить не спешит, хоть я ему активно машу и даже преграждаю дорогу.
В последний момент успеваю отпрыгнуть. И запряжённая четвёркой белоснежных лошадей карета быстро проносится мимо, оставив после себя клубы пыли. Откашлявшись, ворчу на бессердечных нелюдей. Дёргаю задравшийся выше обычного подол платья, закрывая ножки, и продолжаю путь.
Ещё примерно через полчаса пути я вижу ту же карету впереди. Только на этот раз она распахнута настежь, со сломанным колесом и без лошадей. Прямо на пыльном тракте валяются разворошенные сундуки, чужая одежда и двое мужчин.
Чем ближе подхожу к ним, тем сильнее меня охватывает волнение. Жар поднимается откуда-то из солнечного сплетения, и пальцы покалывает, будто от электрических разрядов. Бегу к раненым мужчинам. Оцениваю ситуацию и присаживаюсь возле одного из них.
Я в прошлой жизни медиком была. Правда, по профессии успела поработать недолго. Но навыки остались.
У кучера пробита голова, у второго мужчины глубокая рана в плече, скорее всего от меча, и сломан голеностоп. Пока бегаю в поисках необходимых материалов, что послужат в оказании первой помощи, хозяин экипажа приходит в себя. Стонет и приподнимается на одной руке.
— Доброго вечера, лир, не двигайтесь, — стараюсь произносить слова чётко, дабы меня поняли. Всё же только учусь языку.
Мужчина хмуро кивает и опять падает на спину. Разорвав одну из рубашек на полосы, подхожу к очнувшемуся. Сначала ему помогу, а он, возможно, поможет кучеру.
— Я перевяжу ногу, — тычу на его конечность. Незнакомец опять кивает.
Разрываю штанину и разглядываю опухшую стопу. Очень надеюсь, перелома всё-таки нет, всего лишь растяжение. Так бы орал он тут благим матом. Пальцами давлю на припухлость и кость, проверяя собственный диагноз. Как вдруг происходит магия. Из моих пальцев с мерцанием льётся тёплый жёлтый свет прямо в ногу больного.
— Ты кто такая?! — грубо рявкает он, отдёргивая конечность.
— Татьяна, — без задней мысли представляюсь, просто сама в шоке от произошедшего.
Меж тем мужчина теряет ко мне интерес и рассматривает собственную ногу. Вертит стопой и даже, кряхтя, поднимается. Развернувшись, прищуривается и произносит незнакомое для меня слово. Я ещё не весь дадарийский выучила.
— Я не понимаю, простите, лир, — неуверенно пожимаю плечами.
— Ты лечишь людей? — спрашивает. Киваю. Раньше ведь лечила. Правда, не магией, но ему это знать необязательно.
— Нужно закончить с плечом, — показываю на рану.
