Три года назад я потеряла мужей и осталась со всем их имуществом совершенно одна. Родственники мужей, мои родители. С предвкушением потирал руки, надеясь получить всё себе. Они считали меня глупой, молодой лирой. Неспособной распоряжаться своей жизнью и наследством. Но я сумела отстоять независимость. Разорвала все связи и боролась с системой. Я поклялась себе, что больше ни один мужчина не будет управлять мной. Но один герцог решил, что моя независимость – это блажь. И женщина обязана быть в тени мужчины. А он – защитник и покровитель.Что мы говорим властным титулованным лордам?Не сегодня!
— Потанцуем Мирабелла? — Аарон, герцог Роутфорд протягивает руку, закрывая обзор на кружащуюся пару. Сегодня моя лучшая подруга вышла замуж. И я ощутила себя чуточку одинокой. Мы почти три года прожили бок о бок, я знала, что когда-нибудь наши пути разойдутся. Но не была к этому готова.
— Хватит на сегодня танцев, Ваше Сиятельство. Мне уже пора, — отбриваю мужчину, что пробрался в сердце. Замечаю, как он на краткий миг поджимает губы. Злиться.
— Я провожу. Негоже молодой и одинокой лире разгуливать так поздно, — не унывает этот мерзавец. Он имеет власть надо мной. И меня это пугает. Не хочу быть зависима от него. Медленно поднимаюсь, окидываю его холодным взглядом и любезно улыбаюсь.
— Благодарю Ваше Сиятельство. Но я способна постоять за себя, и как-то справлялась всё это время без Вас, — елейным голосом лепечу и уклонившись, иду к Таше.
— Останься, Мира, — просит подруга, обнимая меня крепко.
— Увы не могу, завтра на работу рано вставать. Да и тебе нужно побыть со своими мужьями. Поздравляю ещё раз, родная. Погуляем на выходных, — мягко отказываюсь и целую блондинку в щёку.
Естественно меня просто так не отпускают. Первый муж Таши лично провожает до открытого фаэтона и забирая поводья у кучера, везёт домой. В этом нет необходимости, но мужчину сложно переубедить.
Наш патриархальный мир весь построен на том, что женщины слабые существа. Им нужны покровители. И без мужчин мы вымрем. Так считают почти весь сильный пол. Я смирилась с тем, что весь мир заточен под мужчин, но собственную жизнь строю по своему.
— Если вам что-нибудь понадобиться, лира, наши двери всегда открыты, — тепло улыбается мужчина, помогая выбраться из фаэтона возле цветочной лавки.
— Спасибо. Таше повезло с вами, мастер Цвейг, — с капелькой грусти, но искренне улыбаюсь и иду к себе.
Бартольд стоит возле крыльца, ждёт, когда отопру лавку и закроюсь на все замки. И только когда я вновь оборачиваюсь, чтобы закрыть дверь. Он кивает и запрыгнув в экипаж, уезжает. Зря его называла старым. Рядом с Ташей мужчина помолодел. А уж как он нежно ухаживал за подругой, любо-дорого смотреть. Такие как он вымирающий вид.
Проводив взглядом отъезжающий фаэтон, плетусь на второй этаж. Моя двухкомнатная квартирка находится над цветочной лавкой. И без Таши, она совсем пустая. В последний месяц редко сюда приезжаю, оставаясь в академическом городке. Я работаю библиотекарем в Высшей Академии Магии. Так же имею книжный магазин на территории городка. Вообще, я очень завидная невеста, как считает Таша. Кроме квартиры и магазина у меня есть большой доисторический замок в соседнем графстве. Земли прилегающие к замку. И счёт в деловом доме. Всё это мне досталось от умерших на войне мужей.
День сегодня был очень насыщенный и энергозатратный. Поэтому сразу после душа и переодевшись в ночную сорочку, я падаю на кровать и засыпаю сном младенца. Что крайне редко случается со мной. Таша называет меня Совой. Ночным существом. Я таковой и являюсь. Не получается у меня рано лечь спать.
Мысли дурные крутятся и воспоминания прошлого не оставляют в покое, накатываясь как снежный ком. Но я уже привыкла, обычно чтение перед сном помогает забыться, правда если книга очень интересная, могу не уснуть до самого утра, пока не дочитаю.
Утром, кое-как разлепив глаза, мчусь умываться и впопыхах слетаю по лестнице вниз. Хорошо что Далия, продавец цветов, открывает лавку рано. Она и будит меня. Махнув рукой женщине, нанимаю экипаж и еду в академический городок. Опаздываю опять. И чувствую, влетит мне от ректора.
Двуколка со скрежетом колёс останавливается у распахнутых настежь ворот. Бросив монеты кучеру, вновь бегу, перепрыгиваю ступеньки, практически не слышу голоса студентов.
И только залетев в полутёмное помещение, пропахшее книгами, чернилами и ветхостью, выдыхаю. Это моя вотчина. Я библиотекарь в высшем учреждении. Огромное круглое помещение, сплошь заставленное стеллажами с книгами и рядами письменных столов, за которыми занимаются адепты. Все это моё рабочее место.
— Опаздываете Робиен. Опять! — мрачно подмечает ректор, входя следом за мной. И изучает меня тяжелым взглядом из-под насупленных бровей.
Вообще, Робиен это фамилия моего почившего старшего мужа. Он был Виконтом Робиен. А я соответственно Виконтессой Робиен. Но после его смерти, я перестала отзываться на свой титул и фамилию. Только вот ректору плевать на мои заморочки. Он приверженец старых традиций и устоев. Молодая лира должна носить имя рода мужа или отца.
— Доброе утро, ректор. Я бы сказала, что такое больше не повторится, но мы с вами знаем, что это не так, — воинственно отвечаю, смахивая прилипшие волосы с лица.
— Наш профессор по истории и расоведению вчера неудачно упал с лошади и лежит с открытым переломом в госпитале, — усмехнувшись, переходит к делу большой начальник и, подойдя ближе, приваливается к стойке.
— Какая неприятность, — качаю головой, говорила я Фаруку не садиться на коня в нетрезвом виде.
— Да. И заменить его некому. Кроме вас, — огорошивает мужчина.
