Главврач выходит нас провожать аж до самого крыльца. Обещает всё непременно оформить и связаться в кратчайшие сроки. Ухожу из госпиталя в приподнятом настроении. То, что я не буду привязана к больнице, — это хорошо. А то, что буду разъезжать по пациентам, — ещё лучше. Не будет зрителей моего лечения светом и, возможно, сохраню небольшую тайну о своей магии.
После такого активного утра мы в приподнятом настроении возвращаемся домой. Правда, там нас встречают взбудораженные мужья. Рома и Намтар куда-то спешат.
— Что случилось?! — перебивая всех, кричит Ната.
— Аарон попросил помочь. Мы в поместье твоей подружки съездим. Туда и обратно. Не волнуйся раньше времени, — легко отвечает Тёмный.
— Это из-за вампира? — прищуривается женщина и крепко удерживает мужчин за предплечья.
— Да его там давно нет. Сбежал, небось, на свой остров. Мы просто проверим. Да, Намтар?
— Мы хотим понять, кто обратил его в вампира. Для этого нам надо попасть в склеп, где его ориентировочно похоронили, — более дипломатично объясняет дроу.
— Будьте осторожнее…
Пока Натали провожает мужчин в дорогу, мы с Гильермо тактично удаляемся в гостиную. Наконец-то мы одни, никуда не спешим, и есть время расставить точки над «i» с этим товарищем.
— Лорд Гонзо, — привлекаю внимание оборотня.
— Просто Гильермо, Пресветлая, — флегматично поправляет он и подходит ближе. Почти врывается в личное пространство.
— Тогда уж просто Таня, — отвечаю с тем же тоном и чуть пячусь. — Хотела обсудить вашу беспардонность.
— Не понял, — и бровь красивая наверх ползёт.
— Я о том, что вы беспардонно вламываетесь в мои покои по ночам. Это неприемлемо. Я — лира незамужняя и не хочу, чтобы нас превратно поняли хозяева дома, — менторски чеканю, продолжая пятиться, потому что этот хищник надвигается. — И не могли бы вы остановиться?
Вытягиваю руку вперёд, ладонь упирается в твёрдую грудную клетку. Такую каменную, просто бронированный мужчина.
— Это проделки моей ипостаси. Когда я сплю, не могу контролировать зверя, — Гильермо останавливается, но ростом и комплекцией давит. И удивительно то, что мне не неприятно.
— Я думала, вы одно целое, — бормочу, опуская руку и неосознанно скользя ладонью по мужскому торсу. Его серые глаза вспыхивают янтарным светом. Облизнув губы, вжимаюсь в стеклянные дверцы серванта за спиной.
— Мы одно целое, но сознание у нас разное. Когда зверь перехватывает контроль, то подчиняется своим инстинктам. Он увидел вас на том лесном тракте. Почувствовал ауру, свет и решил стать для вас стражем. Защитником. Хранителем, — оборотень говорит тихо, но очень твёрдо. Каждое слово будто высекает на гранитной плите. И янтарными волчьими глазами сверкает. Будто сейчас со мной настоящий зверь.
— Это очень лестно слышать, — бормочу и, закусив губу, замолкаю.
Гильермо шершавым пальцем по щеке проводит, заправляет выбившуюся из причёски прядь волос за ухо.
— Ты читала о моей расе? — спрашивает он, продолжая поглаживать скулу и удерживать моё лицо, не давая отвернуться.
— Не успела. Всё так закрутилось.
— У оборотней есть свой кодекс чести. Раз присягнув новому Альфе, они будут служить ему до самой смерти. Я не присягал Аларду в верности. Он не мой король.
— Ну да, твой король — это правитель Располя, — хмурюсь, не понимая, куда катится наш диалог.
— Мой Альфа умер в Войне Трёх Королевств. Новому я тоже не присягал, — качает головой мужчина.
— Значит, ты свободный волк, — со смешком выдаю. Это нервное.
— Я был свободным волком. Но в ту безлунную ночь я присягнул тебе, — одним предложением выбивает всю почву из-под ног этот хищник.
— Что… что это значит? — бормочу, удерживая Гильермо за предплечье.
— Это значит: мне плевать, какую сторону выберешь ты, Пресветлая. В какое королевство отправишься завтра. Где решишь остаться. Да хоть на остров Мордр’ан. Я пойду за тобой. Я стану твоей тенью. Твоим якорем. Твоим стражем. И буду служить до последнего вздоха.
— Что за остров Мордр’ан? — прослушав красноречивую речь, задаю вопрос.
— Остров, где живут и правят вампиры. Где кровь рекой течёт и колдуны всех мастей творят магию. Тебя потянуло к тьме? — насмешливо бровь выгибает оборотень.
— Нет, прости, я… — стушевавшись, отворачиваюсь к окну. — Мне просто немного неловко от твоих слов. Я не знаю, что тебе сказать на твою правду. Это так внезапно и необязательно.
— Простого “спасибо” хватит, — хмыкает мужчина. — Признай, Таня, со мной тебе легче применять светлую магию.
Задумавшись, отхожу чуть подальше. Оборотень прав. Когда он рядом, боль не такая выкручивающая и удушающая. Он будто забирает часть этой боли себе.
— Тебе больно от моей магии? — разворачиваюсь, пытливо в глаза заглядывая.
— Не так, как тебе, — пожимает плечами Гильермо и садится на подлокотник.
— И ты добровольно согласился помогать мне?
— Да.
— И всё? Скажи правду сейчас. Ты уже понял, что правители хотят меня оставить в своих королевствах, а значит, не поскупятся и заплатят, если надо, — скрестив руки на груди, подхожу ближе. Сейчас, когда он сидит, мы почти одного роста. — Что тебе нужно от меня? Власть, деньги, статус?
