Его голубые глаза мгновенно опустились на мой бюстгальтер.
Мой взгляд упал на трицепс, напрягшийся на его руке. Затем я посмотрела на его боковые мышцы, а после на его задницу.
Я направилась туда, куда манили глаза, и переместилась к нему за спину, прижимаясь. Положив руки ему на талию, я провела ими по ребрам, наклонилась и коснулась губами его позвоночника.
Я услышала, как Мерри выплюнул зубную пасту. И скользнула губами вверх, обхватывая его руками.
Кран включился.
Я высунула язык и опустила руки вниз, чувствуя волосы на его животе.
Боже, как я любила эти волосы.
Я надавила ногтями, и мышцы на животе Мерри сократились.
Кран выключился.
Я скользнула одной рукой вверх, к его грудной клетке. А другой провела вниз по дорожке волос, ища скрытое сокровище.
Я услышала его низкое урчание, и он снова прижался к моим бедрам.
О да.
Я сама прижалась к нему, обнажив зубы, царапнула кожу его спины, провела большим пальцем по соску и нырнула рукой внутрь, проникая в пижамные штаны и находя там сокровище.
Его толстый член был твердым как камень.
Да, бл*дь.
Его тело напряглось.
— Господи, Шер, — прорычал он.
Я прижалась к нему еще ближе и погладила его.
— Бл*дь, — прохрипел Мерри, вгоняя свой член в мою руку.
Да, бл*дь.
Я начала водить рукой сильней.
— Вот так, детка, — хрипловато поощрил он.
Я лизала, целовала и легонько царапала его спину, пока моя свободная рука блуждала по его груди, а другая рука работала с его членом.
— Хочу потрогать твои сиськи, — приказал он, задницей снова вдавливаясь в мои бедра и позволяя мне делать всю работу.
Одной рукой я расстегнула лифчик. И опустила плечо, чтобы он упал. Я позволила ему повиснуть на запястье руки, занятой тем, что ласкала мужчину.
Я снова обхватила его и прижалась грудью к его спине.
— Да, бл*дь, — простонал он.
Одной рукой я держала его член, а другой переместилась к поясу его пижамы сбоку. Я смотрела вниз, наблюдая, как обнажается его кожа, мышцы, прекрасная задница.
Мои ноги дрожали.
— Малыш, — вздохнула я.
— Колени, — прошептал он.
Без колебаний я отпустила его член и встала на колени.
Мерри повернулся, стянул с себя пижамные штаны, отбросил их в сторону и потянулся к моей голове.
Ему не нужно было направлять меня. Я сама наклонилась к его бедрам, прижалась к нему, сдвинулась, нашла головку и глубоко вобрала ее.
— Да, бл*дь, — проговорил Мерри с таким глубоким стоном, что я почувствовала его в своем горле.
Он был прав.
Да, бл*дь.
Я сосала его, отдавая все, что у меня было, а потом сдалась, когда Мерри взял меня за голову и сам стал трахать.
Одной рукой прижимаясь к его заднице, другой обхватывая заднюю поверхность его бедра, я принимала его. И мне все нравилось. Черт, я думала, что кончу от этого. И когда стон проскользнул по моему горлу и зазвучал в такт его движущемуся члену, он вырвался.
Я приподнялась и, не успев опомниться, оказалась лицом вниз на его кровати.
Все мое тело дернулось, когда он протянул руку, легко расстегнул ширинку и стянул с меня джинсы.
Вместе с ними спустились и трусики, а затем и мои бедра.
— На четвереньки, — прорычал Мерри.
Я приподнялась на руках.
Мерри вошел в мою киску.
Моя голова откинулась назад.
Он трахал меня сильнее.
Я вывернула шею и посмотрела на него, задыхаясь, но все еще способная поощрять:
— Давай, малыш.
Он глубоко и сильно входил в меня, не сводя глаз с моей задницы, и прохрипел:
— Такая чертовски великолепная.
Я опустила голову, откинулась назад, задыхаясь:
— Да, Мерри. Пожалуйста, малыш. Продолжай.
Он так и сделал, и ему не пришлось стараться долго. Я была так возбуждена, что взорвалась: руки опустились, голова отлетела назад. Я дрожала, даже когда горела — так прекрасно и все благодаря Мерри.
Он вошел в меня и остался на месте, а следом толкнулся так, что я упала с колен, подавшись вперед. Мерри поставил меня на место и продолжил двигаться, сильно вбиваясь в меня.
Мой оргазм закончился, и, желая еще одного, я начала приподниматься, чтобы подтянуть под себя предплечья и вогнать себя в него.
Его рука оказалась на моей шее, и он мягко надавил, ворча:
— Детка, не вставай.
Мои глаза распахнулись. Во рту пересохло.
А в голове помутнело.
Я больше не была здесь.
Меня нигде не было.
Нигде.
До меня дошло, что я чувствую, как трахают мое тело.
Я была мокрой. Такой мокрой.
Я хотела этого. Боже, я хотела, чтобы меня трахнули.
Я снова попыталась подтянуть под себя предплечья.
Рука на моей шее сжалась, и я услышала:
— Лежи.
Я осталась лежать.
Член, вонзавшийся в меня, продолжал двигаться. Я слышала ворчание. Плоть ударялась о плоть. Потом его рука на моей шее сжалась еще сильнее, когда он глубоко вошел в меня, остался на месте и застонал.
Я уставилась на плед.
Это длилось долго, очень долго, а потом началось скольжение. Медленное, сладкое, нежное.
Был ли он милым?
Он был милым.
Но не со мной.
Никогда.
С той, кем он хотел меня видеть.
Я почувствовала прикосновение губ к своему плечу.
Это было приятно.
Но он не был сладким.
Я знала сладость.
Теперь я знала, что такое сладость.
Это был не он.
— Я вернусь.
Он выскользнул. Я почувствовала, как на меня накинули одеяло. Кровать зашевелилась.
Его не было.
