Не сдавайся полностью

«Это хорошо, сладкая. А Гаррет?»

Я притворилась, что не знаю, о чем спрашивает мама, и отправила: «Он в порядке. Все в порядке. Марти Финк схватился с парнем за «Молочной королевой»».

Через несколько секунд она ответила: «Рада слышать, Шер. Но твоя мама хочет знать, почему он держал тебя за руку прошлой ночью или просто почему он был с моей девочкой».

Мне неприятно было это делать, но я не хотела, чтобы мама знала, какой невероятной дурой я была. Она знала, что я могу быть глупой, потому что я двадцать пять лет кидала ей кучу своих глупостей, прежде чем начать умнеть. Теперь она жила в мире, где ее дочь была чуть менее глупой. Ей не нужно было думать, что я скатываюсь назад.

Поэтому я солгала.

«Просто он немного выпил», — отправила я. Потом добавила: «Когда его вызвали, он был в баре. Беспокоился из-за беглеца в нашем районе. Ты же знаешь, что он хороший парень, мам».

«Знаю. Рада, что с ним все хорошо», — ответила она, и в ее первых трех словах, даже через сообщение, я почувствовал ее разочарование от того, что такой хороший парень, как Мерри, не держит ее дочь за руку по желаемой причине.

Но, опять же, на деле именно поэтому он держал мою руку.

И я все испортила.

Дерьмо.

Два слова. Я знала, что Мерри их примет. Легко напечатать их.

Мне жаль.

Я вернула внимание к телефону, нажала то, что должен была, и поднесла трубку к уху.

Прозвучало три гудка, прежде чем Вай ответила:

— Привет, детка.

— У тебя есть планы на обед сегодня? — спросила я.

— Теперь есть, — ответила она. — У Фрэнка? В «Станции»? Или тебе хочется китайской кухни?

— У меня, — сказала я ей.

— Круто, — ответила подруга. — Во сколько?

— Полдень тебя устроит?

— Да. И еще, — продолжила она, — у Бобби есть хризантемы за полцены, а я получила свою скидку для сотрудников. Хочешь немного для уличных горшков?

— Было бы неплохо. Как обычно: фиолетовые и белые.

— Хм… не уверена, что белые есть. Но кремовые точно в наличии.

— Сойдет.

— Хорошо. Увидимся в полдень.

— Да.

Наступила пауза, прежде чем она спросила:

— Эй, ты в порядке?

— Даже близко нет.

— Вот дерьмо, — прошептала она, а затем неуверенно спросила: — Мерри?

— Просто приходи в полдень, Вай.

— Я буду, милая.

— Увидимся.

— Пока.

Я нажала на экран, чтобы отключиться, и бросила телефон на стол. Взяв свою чашку с кофе, сделала глоток, поставила ее на стол и стала смотреть в окно.

Я долго занималась этим, глаза мои оставались сухими.

Когда я, наконец, вынырнула из этого состояния, то поняла, что у меня достаточно времени, чтобы принять душ, нанести макияж, сделать прическу и сходить в продуктовый магазин, чтобы приготовить для Ви нормальную еду, не включающую попкорн из микроволновки, шоколад и луковые кольца.

Но прежде чем выйти из кухни, я выключила духовку, взяла сковородку и достала тарелку с вафлями.

Они выглядели потрясающе.

Мне захотелось заморозить их и хранить вечно.

Но я выбросила их в мусорное ведро.

Вайолет Каллахан сидела за кухонным столом напротив меня и молчала. Сэндвич с измельченным ненастоящим крабовым мясом, майонезом и авокадо, который лежал на тарелке перед ней рядом с пачкой «Принглс», был нетронут.

Кэл, ее муж, занимался их детьми — Анжелой и Сэмом.

Кэл был по-настоящему крут, даже пугающе крут, независимо от того, насколько сильно он любил свою женщину, детей и ее дочерей от первого брака с мужчиной, который, к сожалению, был убит. И он легко все это демонстрировал.

И, тем не менее, он все равно пугал, даже Райкер, который выглядел как маньяк, и был таковым отчасти, не был на это способен,

Объяснения этому не было. Если вы встречали Кэла, то понимали, что это просто манера его поведения.

И тем приятней было то, что он практически везде брал с собой их двух маленьких детей. У него в офисе даже были манежи и детские кроватки. Безумие.

С другой стороны его первая жена была наркоманкой, которой было плевать на все, и поэтому его ребенок утонул в ванне. Так что не было ничего удивительного в том, что он держал своих детей рядом.

Понимаете? Жизнь была отстойной. Для всех.

Просто некоторые нашли путь к счастью.

Но это было не для меня.

— Вай, — позвала я, когда она ничего не сказала. Она едва шевельнулась, не откусив ни кусочка, хотя последние двадцать минут я рассказывала обо всем, что со мной происходило.

Кроме предупреждения Райкера о моих соседях, я ничего не упустила.

— Вай, — повторила я, когда она все еще молчала.