— Не предпримут, — мотнула я головой и пояснила: — Вертолет разбился. Если оставить их обоих здесь под домашним арестом, оставить без прислуги и просто обеспечивать продуктами и предметами первой необходимости. Постоянно видеть одни и те же стены, только друг друга и больше никого, и думать о содеянном — думаю, для них это будет достаточным наказанием.
Рэн еще сомневался. Задумчиво переводил взгляд с меня на мать и дядю, когда к нам, поддерживая бледную Ви, подошел Грег.
— Подумай еще о том, как это скажется на твоей репутации, — попробовала я зайти с другой стороны.
— Это меня меньше всего волнует, — отмахнулся Рэн.
— Послушай ее, она дело говорит, — подал голос Грег.
— В ходе процесса может всплыть, что ты не сын Нордгейта, — осмелев, продолжила я. — Тогда каждый желающий попытается выдвинуть свою кандидатуру, — Рэн продолжал хмуриться, но слушал. — Подумай, сколько может оказаться таких, как Брнедоны? Облеченных властью? Начнется борьба, в которой не гнушаются никакими средствами. Страну будут рвать на части. Ты этого хочешь?
— Я объявлю тебя преемником, — упрямился Рэн. — Я не имею на этот пост никакого права.
— Кого волнуют права, когда под угрозой безопасность страны и народа? Подумай, какой из меня правитель? А тебя растили для этого. Тебе все это прививали буквально с рождения, — пыталась довести до него разумные доводы.
— Хорошо, — глаза Рэна сверкнули синим огнем. — Я соглашусь с тобой, только если ты согласишься выйти за меня замуж. Тогда все будет правильно. У одного из первых лиц страны будет кровь Нордгейтов, и наследник продолжит эту династию.
— Полагаешь, что шантаж к лицу будущему правителю? — прищурившись, уточнила я.
— Я соглашусь только при этом условии, — категорично заявил Рэн. — И еще одно. Мы упраздним монархию. Пост главы не будет больше наследоваться, а будет выборным. Согласна?
— Но не сразу же? — возмутился Грег. — Будут беспорядки.
— Не сразу, но мы к этому придем. Отменим выставку невест, — он посмотрел на Ви. — Пусть молодежь сама справляется. И обязательную проверку девушек на законность рождения. Это неправильно.
Я постаралась скрыть улыбку. Видимо, только почувствовав на собственной шкуре, властьимущие начинают что-то понимать. Может, и не так уж плохо, что мы прошли через все эти испытания.
— Вот, держи, — вернулась Ви и протянула мне стакан с соком.
Я потянулась и охнула.
— Что? — подпрыгнула подруга, едва не выплеснув сок, и удивленно уставилась на меня.
— Кажется, началось, — растерянно ответила, чувствуя, как по ногам что-то стекает.
— Так, спокойно! — заявила Ви, но голос дрожал, так же как и руки, когда доставала телефон.
Скорая приехала практически сразу, а Ви из машины уже звонила Рэну.
