Девочка с пухлыми ладошками сидела в шкафу. От материнских юбок исходил легкий аромат фиалок, они то и дело касались волос и щеки малышки. Через приоткрытые двери проникал мягкий электрический свет, создавая вокруг крошки нимб, смягченный тенью висевшей на плечиках одежды, подобной безжизненным марионеткам. Дверцы медленно закрывались, день угасал. Лучи света вычерчивали странные геометрические фигуры на женских нарядах. Еще несколько секунд, и обзор исчезнет…
Крик! Рука пытается нащупать выключатель лампы… Слава богу, свет зажегся! Задыхающаяся Шэрон распахнула окно и глотнула соленого, пахнущего йодом океанского бриза. Как же ей сейчас не хватает Лиама! Он умеет успокоить ее… Кошмар не являлся частью реальности, не соответствовал ни одному воспоминанию, но не исчезал с течением времени.
Вдалеке виднелся величественный маяк порта Лонг-Бич, тянущийся к окутанному тьмой Тихому океану. Уличные фонари освещали аллеи и несколько горящих иллюминаторов корабля «Королева Мэри», превращенного в туристическую гостиницу. Созерцание бухты постепенно отгоняло тревогу.
Шэрон закрыла окно и села на кровать. 05:22. Она больше не заснет, а Лиаму звонить рано. Вчера вечером они долго разговаривали: он убеждал ее бросить дело, она свирепо отбрыкивалась.
Работа избавляла ее от дурных снов. Как это ни странно, Питер Мэтьюз, кажется, не врал, заявляя о своей невиновности.
Шэрон внимательно перечитала показания. После исчезновения Майкла Истеса, а потом Тима Мастерсона полицейские пообщались с Питером и его подругой Кэрол в неформальной обстановке. Вопросов было больше к женщине – она преподавала мальчикам музыку. Полицейские составляли рапорты после каждого разговора, а утром 22 апреля Питера Мэтьюза официально вызвали на допрос.
Шэрон содрогнулась при мысли, что несколько часов спустя он переносил на руках труп Тима.
«Вы солгали на первом же допросе, господин Мэтьюз», – подумала она. Когда подозреваемому показали фоторобот, едва ли похожий на человека, замеченного 14 апреля с юным Майклом в Дрейк-парке, он сказал, что в тот вечер с ним не встречался. А вот свидетель, продавец газировки и мороженого в фуд-траке, курсирующем вдоль парка, с уверенностью опознал Питера по фотографии.
Ложь выглядела как признание. Когда Мэтьюз позвонил в полицию после похищения Клайва Морриса из магазина, именно его заподозрили в убийстве Майкла.
