Аня взялась проводить инструктаж. Крис постоянно крутилась, не слушая ее внимательно, а вот я впитывал каждое слово. Дайвинг – это опасно, и пусть я трусостью никогда не отличался, но отсутствие свободного доступа к кислороду – пугало. Аня рассказывала как правильно дышать, опускаться и всплывать. И параллельно ее словам мое желание погружаться падало в геометрической прогрессии.
– Ясно?
– Ясно! – Крис натянула маску, плотно прижимая ее к носу и рту, а потом натянула на себя баллон с кислородом и жилет. – Мы готовы.
Я тоже натянул на лицо маску, надел жилет и баллон с дыхательной смесью на спину. И, незаметно для девчонок, перекрестился – тут оставалось уповать только на Бога, ведь я хотел выжить.
Аня нырнула первая, Крис – за ней, и я нехотя тоже перевалился через бортик, засунув в рот трубку для дыхания. Под водой был прекрасный обзор: я видел Аню, которая командовала нам жестами, Кристину, озиравшуюся по всему пространству. Мы медленно начали погружаться под командами Ани. Она вообще плыла, как настоящая русалка – ее ласты напоминали хвост, а тягучие, ровные движения говорили о большом опыте погружения. Крис двигалась рвано, все время дергалась, а мне вообще хотелось всплыть на берег. Кислорода будто не хватало, но я читал о таком – главное, не поддаваться панике. И я, изо всех сил пытаясь не впасть в ужас, плыл позади всех. Ноги будто сами по себе работали в ластах, а руки разбивали полотно воды перед собой, погружаясь все глубже и глубже.
На удивление, на глубине Балтийское море оставалось таким же бирюзовым, как и на поверхности. Мы замерли. Аня показала сигнал «стоп» и взглянула на глубиномер. На такой глубине даже солнце не пробивалось сквозь толщу воды, мне в глаза била абсолютная темнота и изредка проплывающие рыбки мелькали своими хвостами. Крис озиралась куда активнее меня – она крутила головой из стороны в сторону, иногда тыкала Аню локтем и указывала на что-то. Я подплыл к девочкам ближе, и Аня скомандовала следовать за ней. Мы безропотно поплыли вдоль, перестав погружаться.
Мне показалось, что давление под водой начало усиливаться, словно на поверхности воды сейчас нарастали штормовые волны. Они чувствовались здесь сильно, хотя, казалось бы, не должны были. Нас относило друг от друга с каждым толчком, и Крис крепко вцепилась в меня, а Аня – в Кристину. Под маской я зажмурился в тщетных попытках совладать с собой, активно греб ластами, но все равно казалось, что мы замерли на одной месте.
Крис дернула меня за рукав особенно сильно, и я распахнул глаза. По ощущениям вода вокруг нас вибрировала, посылая импульсы опасности. Аня жестом показала, что надо всплывать, и я хотел было начать первым, но Крис не позволила. Она вне всяких дайверских жестов ткнула пальцем влево, и я повернулся. На миг показалось, что я сейчас утону: даже в воде появилась сумасшедшая слабость в ногах, все конечности обмякли, а страх забрался в самую грудную клетку.
Вдалеке виднелось существо. С рыбьим хвостом и человеческим корпусом. По облику такое, как рисуют в детских книжках, но это нечто находилось слишком далеко, чтоб разглядеть его в деталях. Мне показалось, что я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, а все тело парализовало от ощущения неизведанного и темного. Вода вибрировала сильнее, а существо стремительно приближалось.
Аня и Кристина начали подниматься, и я активно греб ногами, пока ласты рассекали воду. Мы пытались выплыть, но стояли на месте. Я чувствовал, что все более жадно хватают ртом дыхательную смесь из баллона, и попытался выровнять ритм, чтобы не поддаться панике. Аня тащила нас наверх. Существо резко развернулось: видимо, заметило нас и начало отдаляться. Последнее, что я запомнил, мелькнувшие длинные волосы и цвет хвоста – болотно-золотой.
Ноги уже сводило от интенсивной работы, но вода успокоилась, и мы потихоньку поднимались. Как только я оказался на воздухе, тут же выплюнул трубку, начиная жадно дышать. Паша на катере подплыл к нам поближе, и Аня уцепилась за сброшенную ей веревочную лестницу. Кристина рядом тоже пыталась отдышаться, стягивая капюшон гидрокостюма. Ее темные волосы забавно стояли торчком. Я протянул ей руку и подсадил, чтоб она смогла подтянуться на лестнице.
– Спасибо, – сквозь шум воды бросила она. – Руки ослабели.
И я понял, о чем она говорила, когда сам зацепился за лестницу. Мышцы были будто не мои – вообще не поддавались, и подтянулся я с трудом, перевалившись через бортик катера. Паша мне помог, затащил в лодку за жилет. Крис уже начала стягивать с себя гидрокостюм, пытаясь отдышаться. Под собранными волосами я заметил выступившую из ушей кровь.
– О боже, – пробормотал я и, дотянувшись, стер красную каплю. – Это от чего?
Аня молчала. Мне показалось, она вообще потеряла способность говорить.
– Может, от этих сильных вибраций под водой, – пробормотала Крис и посмотрела на мои уши. – У тебя тоже кровь.
