– Ты как раз вовремя, – говорит Люк. – Ксандер скоро явится. Матч начинается без четверти восемь. И этот засранец предсказуемо опоздает, поскольку болеет за Ливерпуль.
– Я не понимаю, что это значит.
– Это значит, что ему феерически наплевать, какая из сегодняшних команд выиграет, проиграет или сыграет вничью, потому что его команда уже возглавляет турнирную таблицу. Поэтому Ксандер и не торопится к началу.
– Тогда почему он вообще решил прийти?
– Ну как же, это ведь футбол! А ты чем занималась сегодня днем? Я пытался звонить, но телефон был выключен.
– Ничем, – легко лжет Роуз. – Принимала ванну. А мобильный разрядился.
Люк улыбается.
Роуз медленно оглядывает комнату. Люди, собравшиеся здесь, кажутся… приятными. Люк рассказывал, что работает в пенсионных инвестициях, и она представляла себе его товарищей более… крутыми, что ли. Вроде метросексуальных парней, которые тусуются в первоклассных лондонских барах и тратят на роскошные костюмы и напитки несусветные суммы, от которых глаза на лоб лезут. Впрочем, до сих пор было не похоже, что Люк относится к этой категории мужчин, да и друзья его выглядят нормальными. Вот только квартира выбивается из общего образа. Такие апартаменты как раз по карману парням, зарабатывающим в год шестизначные суммы.
– Роуз, есть хочешь? – спрашивает Джек, парень, который помог ей раздеться. – Мы заказали пиццу, ее привезут только через час, но у нас полно закусок.
Роуз смотрит на Люка. Все общаются с ней так, будто она сто лет в их компании.
– Спасибо, я не голодна, – отвечает она.
– Ты чего? – спрашивает Люк, когда Джек отходит.
– Что ты им сказал?
– Я? Ничего.
– Тогда как так вышло, что мне не пришлось никому представляться?
– Их профессии заставляют во многом полагаться на интуицию.
– Я думала, вы инвесторы, а не экстрасенсы или психиатры.
– В этой компании инвесторов нет.
– Правда?
– Зуб даю. Не хватало еще и вне работы общаться с коллегами. Кроме как на корпоративах, ясное дело. У всех здесь присутствующих нормальная работа. Ксандер – один из моих лучших друзей, мы с ним и Джеком вместе играем в любительской футбольной команде. Элен – сестра Джека. Вон те ребята тоже из команды, со своими девушками. Двое парней на кухне работают барменами в местном пабе.
– То есть среди твоих лучших друзей есть бармены?
– Повезло мне, правда?
Роуз хохочет.
– То есть ты просто включил меня в план и раздал друзьям инструкции, чтобы я почувствовала себя комфортно в незнакомой компании. А люди всегда тебя слушаются?
– Нет, – говорит Люк с притворной грустью и нежно, невесомо касается ее щеки.
В дверь звонят.
Люк довольно улыбается.
– Это Ксандер!
Пока он отвлекся, Роуз украдкой прижимает ладонь к тому месту, которого коснулись его пальцы. Щека горит огнем.
Народ без напоминаний о сюрпризе бросается врассыпную, все хихикают, присаживаясь на корточки за мебелью, прячась за островком в кухне и убегая в коридор, ведущий к спальням… наверное.
Роуз озирается, соображая, где ей встать и что делать. Гостиная, свободная от толпы, кажется просто огромной, и Роуз чувствует себя экспонатом в центре выставки, хотя Люк по-прежнему рядом. А еще она осознает, что меблировка в квартире, которую теперь можно разглядеть как следует, стоит немалых денег. Роуз тупо пялится Люку в затылок, гадая, насколько же он богат и как ему при этом удается оставаться совершенно нормальным.
– Вы что творите, придурки чокнутые? – смеется он. – Я собирался просто выключить свет!
– И как ты объяснишь, почему в доме нет света? – раздается чей‑то бесплотный голос.
– Ксандеру всего‑то надо пройти из прихожей в гостиную, я же не собираюсь держать его в темноте целый час, – возражает Люк.
– Да подыграй уже нам, умник хренов!
Джек выскакивает из-за стойки для завтрака и бросается в маленькую прихожую, к входной двери. Люк ухмыляется ему, хватает Роуз за руку и тащит в угол гостиной, где они прячутся за большим креслом.
Слышно, как в дверь звонят еще раз и как Джек открывает. Из прихожей доносятся приглушенные голоса.
А потом дверь в комнату, где все они прячутся, распахивается, и гости выскакивают из своих убежищ с воплем: «Сюрпри-и-из!»
Роуз тоже встает, испытывая сильное смущение, потому что не знает Ксандера, никого здесь не знает. Это их праздник, а она тут чужая и лишняя, как бы дружелюбно к ней ни относились, пытаясь сгладить неловкость.
На лице новоприбывшего рыжего парня, Ксандера, отражается сложная смесь эмоций из потрясения, удовольствия и крайнего отвращения. Его друзья полны самодовольства и ликования: фокус удался.
Роуз оглядывается, чтобы посмотреть на Люка, предполагая, что он тоже лучится чувством превосходства. Но Люк не смотрит на Ксандера. Он смотрит на нее.
Пока все вокруг смеются и подбадривают именинника, а Ксандер, пытаясь перекричать гам, обзывает их сборищем тупоголовых придурков, Люк и Роуз смотрят друг на друга.
Она не может отвести от него глаз.
Нет, думает Роуз. Нет, нет, нет.
Разум однозначно против.
Но вот тело… тело кричит: «Да!»
Остров Святой Терезы
У Люка три пропущенных звонка от Микки.
