– Он не намеренно причинил тебе боль, Тейлор. Он хотел тебя защитить, думал, что его чувства не настолько глубокие, и вы сможете жить вместе и остаться друзьями. Однако то, что между вами, нельзя просто отбросить или забыть.
– Если бы он признался мне во всем через пару недель, все было бы не так плохо. Я могла бы понять его промедление, но он продолжал обманывать дальше. Этого я не могу забыть.
– Дэниел знает, что совершил ошибку и сожалеет, что не рассказал тебе правду, но его чувства настоящие. Как и твои. А я знаю, что в отношениях дают второй шанс.
– Возможно, ты права, – шепчу я и беру ключи от машины.
Вечер оказался наполнен событиями, и в моей голове полный хаос. Мне необходимы покой и время, чтобы обо всем подумать. Так что я сажусь в автомобиль и еду в отчий дом.
Я нахожу папу на кухне, где он плачет над парой фотографий. Возле него стоит стакан с виски.
– Папа?
Он вздрагивает и поднимает на меня мокрые глаза.
– Ангелок? Что ты тут делаешь?
– Я могла бы спросить у тебя то же самое.
Кладу клатч на кухонный стол и сажусь рядом с ним. Потом смотрю на фотографии. Это старые снимки моей мамы. Ее в молодости и в то время, когда я была малышкой. В горле пересыхает и становится трудно глотать.
– Она была такой красивой, – всхлипывает папа, берет фотографию мамы и смотрит на нее с любовью. – Как и ты, – шепчет он и глядит на меня. Я грустно улыбаюсь и плачу вместе с ним, потому что я уже давно не грустила из-за мамы.
– Мне не хватает ее голоса, – наконец говорю я и смотрю в пустоту, пытаясь вспомнить его. – Я скучаю по тому, как она пела «Ты мой солнечный свет», когда мне было грустно.
– А я по ее улыбке, которую хорошо помню. Она была веселой. Ей бы не понравилось, что ты грустишь и страдаешь.
– Так ты больше не сердишься, что она солгала?
Он смотрит на разные изображения мамы.
– Нет. Она хотела, чтобы мы помнили хорошие времена, а не слезы и боль. Просто хотела нас защитить.
– Но она обманула! – восклицаю я, не зная, что делать с этими чувствами. Как их отпустить.
– Ты теперь тоже лжешь.
– Что?
– Ты лжешь себе, Тейлор. Например, когда говоришь, что вы с Дэниелом должны пойти разными путями. Ты его все еще любишь. И если я что-то и понял о жизни, так это то, что если кого-то любишь, нужно удержать его любой ценой. Дэн думал именно об этом, когда сказал, что ему нравятся мужчины. Он поставил твое благополучие превыше своих чувств и за это я его уважаю, ангелок.
– Как мне понять, что не все было ложью.
– Ты это почувствуешь, когда встретишь его. Я знаю Дэниела с детства, давно знал, что он видит в тебе не просто друга. Когда ты стояла на траурном богослужении и шла к гробу матери, то была не одна, он всегда был на шаг позади, хотел убедиться, что с тобой все будет в порядке. Потом он подошел и взял тебя за руку, словно почувствовал, что ты к этому готова. Он уже тогда тебя хорошо знал.
– Это правда.
Меня накрывает волна воспоминаний, и все из них хорошие. Я вспоминаю лето на море, когда он выслушивал мои тревоги. Как мы пошли палить костер и едва не устроили лесной пожар. Вечеринки, на которых Дэниела обступали девушки, но он видел только меня. Я думала, он не хотел выпускать меня из поля зрения, чтобы я не слишком много пила, но теперь понимаю. Вспоминаю невинные прикосновения с моей стороны, о которых особо не думала, но которые ему казались чем-то большим.
Я вижу, как рыдаю в его объятиях. Он подарил мне надежду, хотя не обязан был это делать. Он оставался рядом со мной, держал мои волосы, когда я была сломлена и в отчаянии. Это Дэниел, хороший парень, который никогда бы не причинил мне боли. Он соврал, но, как и мама, просто хотел меня защитить. Он прекрасно знал, что гордость оставит меня на улице.
– Ты можешь его простить? – спрашивает папа, понимая, что я наконец разглядела правду сквозь разочарование. Ведь если бы Дэн не соврал, мы бы никогда не съехались и не влюбились друг в друга.
– Думаю, уже простила.
– Вот это мой ангелок.
– Почему ты все время зовешь меня так, папа?
До этого момента я никогда не интересовалась этим прозвищем.
– Потому что ты им и была, когда мама нас покинула. Ты следила за домом, помогала мне не расклеиться. Ты мой ангелок, который не дал мне последовать за женой.
– Ах, папочка.
Крепко обнимаю его и прижимаю к себе, когда он начинает плакать от всей души. Я знала, что он страдает, но что через столько лет все еще любит ее, даже не подозревала. Через некоторое время он успокаивается, и мои слезы тоже высыхают.
– Иди. Поймай его, – говорит папа, а я неуверенно встаю, не уверенная, можно ли оставлять его одного.
– Ладно. Я люблю тебя.
Я целую его в щеку и спешу в соседний дом. Уже за полночь, но я знаю, что Дэниелу не нужно много спать, так что просто стучу. Дверь открывает Инес в халате и удивленно смотрит на меня.
– Привет, прости, что беспокою, но Дэниел наверху? Мне нужно с ним поговорить.
Она облегченно вздыхает, но грустно качает головой.
– Он после вашего разговора отправился домой. Ему совсем плохо.
