Она смеется и берет меня под руку, словно делает это каждый день. В действительности же мы впервые идем по улице вот так, обнявшись. Безусловно, когда мы были детьми, Тэй ко мне прикасалась. Для нее прикосновения нечто само собой разумеющееся. Она не знает, какие эмоции вызывает во мне. Уже вызвала.
– Я вроде хамелеона, могу подстроиться под любую погоду. Хотя мое любимое время года – лето, потому что мне нравится плавать на природе.
– Ты хорошо плаваешь?
– Да, из всего, что считается спортом, это единственное, чем я занимаюсь.
– Не занимаешься спортом и так классно выглядишь? Эддисон тебя возненавидит, – говорю я, не отрывая взор от ее тела, к сожалению, скрытого паркой.
– Кое-что в своей внешности меня беспокоит. Зад, например. Я бы даже начала тренироваться, только бы уменьшить его.
– Ты себя недооцениваешь! Мне нравится твой зад. Он тебе идет и точно выделяет тебя среди других. Как и твои очаровательные глаза. Поверь мне, я знаю.
– Люди всегда хотят в себе что-то изменить. В моем случае это зад. А что у тебя?
– Мне не нравится нос. Его часто ломали, удивительно, что он не деформирован.
– Ты часто дерешься? – Она точно вспоминает недавнее происшествие, когда я жалел, что ее придурок-бывший не напал первым.
– Нет, я машу кулаками только на тренировках или защищая близких. – Она смотрит на мой нос и, наверное, представляет, как тот выглядел раньше. – На самом деле это началось в выпускном классе. Я был деревенщиной в большой государственной школе Манхэттена. Мнимые здоровяки сделали своим хобби колотить меня. Сначала я только отбивался, но когда они начали приставать к Эдди, пришлось сломать вожаку этой банды нос.
– А он тебе сломал нос?
– Нет, но очень хотел это сделать. В первый раз мне сломали нос на тхэквондо. Это был несчастный случай. А потом уже в небольших стычках.
– Не могу поверить. – Она улыбается и качает головой. – Никто и не подумал бы, что славный Дэниел, живущий по соседству, станет таким сорвиголовой.
– Тогда я был другим, Тэй.
Не знаю, почему сержусь из-за слова «славный». Может, потому, что это значит, что она уже тогда отправила меня во френдзону.
– Мы все изменились. Когда я смотрю на тебя, то вижу абсолютного незнакомца, который не имеет ничего общего с моим Дэниелом. Но стоит заглянуть тебе в глаза, там все осталось по-прежнему. Как будто не прошло столько лет.
«Так и есть», – хочется сказать мне, но я заставляю себя промолчать.
– Я знаю, что внешне изменился, но это произошло не сразу. Я нашел, куда выплескивать разочарование, ведь друзей у меня не было. Со временем речь шла уже не только о физической подготовке, чтобы меня оставили в покое. Это стало страстью.
– Так в чем ты особенно хорош? – улыбаясь, спрашивает Тэй, но я не отвечаю, потому что подъезжает поезд метро, и мы заходим.
По пути мы обсуждаем наши профессиональные планы. Тейлор уже отправила резюме в несколько журналов, поспрашивала в модных домах и обращалась в разные фирмы. Пока она не получила ни одного предложения, но думаю, ей будет не сложно найти что-то новое. Даже если работа в «Джолин» многое для нее значила.
За разговором время пролетает быстро, и вот мы уже возле агентства. Входим в здание, и моя соседка с любопытством осматривается. Полы вокруг устланы коврами и в зале достаточно окон, поэтому ощущение, что попал в подвал, не возникает. Я уже слышу веселую музыку из приемной.
– Дэнни, мой мальчик, – приветствует меня Мэри, администратор и главная по бумажкам. Ее выбеленные волосы убраны в пучок, а макияж как всегда безупречен, хотя мне он и кажется чрезмерным. Одета она элегантно и по-деловому.
– Привет, Мэри. Это Тейлор, моя соседка.
Дамы улыбаются друг другу. Тэй опускает взгляд, и тут ее глаза широко распахиваются.
– Вау, это сумка из новой коллекции Givenchy-Antigona?
На лице нашего администратора растягивается улыбка от уха до уха.
– Угадала. На прошлой неделе муж подарил ее на день рождения.
– У вашего мужа хороший вкус.
– Конечно, иначе он бы не был со мной.
Мы смеемся, потому что из уст Мэри это не звучит надменно. Она на самом деле умеет одновременно делать самые разные вещи: управляет домом, присматривает за детьми и подает налоговую декларацию.
– Не надо мной смеетесь? – В фойе появляется мой босс и целует жену в щеку, потом кивает мне и пожимает руку Тэй.
– Я Рэй.
– Тейлор, очень приятно.
– Не могу поверить, что Дэниел привел с собой в агентство девушку.
Внутри меня раздается сирена. Я замираю: никто здесь не считает меня геем. Мэри наблюдает за мной, нахмурив лоб. Она заметила мое напряжение.
– Оставь ребят в покое, Рэймонд. Побереги шутки для ринга.
– Я бы не отказался от разогрева. Как насчет тебя?
Я и сам бы не отказался от кикбоксинга, в основном потому, что все еще зол после визита бывшего парня Тейлор. Но сейчас не для этого я сюда пришел.
– К сожалению, мы должны отказаться.
Тейлор при этом выглядит очень заинтересованной. По взгляду становится понятно, что ей было бы любопытно посмотреть на тренировку.
– Да ладно, она может посмотреть, как я надеру тебе задницу.
