Там, где я нахожусь, устанавливают каменный фонтан. Это сужающийся кверху камень, который напоминает клинообразные валуны из комиксов про Астерикса. Вдоль сердцевины этого камня проведена труба, из которой на него будет литься вода. Вокруг установлены белые декоративные булыжники и оборудование для фонтана. Через пару метров, там, где электрик инструктирует экскаваторщика, будет выложена каменная дорожка. По бокам от нее посадят различные цветы и кусты, названия которых я не запоминаю.
На площадке царит организованный хаос. Пока густые снежинки покрывают землю, экскаваторщик может без проблем продолжать работать. Когда он заканчивает, слесарь и электрик устанавливают в специально подготовленные ямы трубы и фонари. Они понадобятся также для обустройства и другой части сада. И среди этих здоровых мужиков стоит Грейс в резиновых сапогах, грязной рабочей одежде и плотной куртке. Моя соседка энергично общается со строителями, включив режим босса. Такой я ее еще не видела. Подбородок высоко поднят, взгляд острый, а улыбка строгая. Она достаточно хрупкая и сначала кажется неприметной, но сейчас выглядит так, словно готова надрать задницу тому, кто не выполнит ее распоряжения.
– Сюда, – ворчит рабочий и машет идти дальше, чтобы я могла протянуть ему трубу.
Подходит Грейс и забирает меня у временного шефа, чтобы помочь ей разгрузить пикап. В углу стоит строительный вагончик с кофе-машиной. Там она руководит работами из сухого места. Как именно соседка это делает, меня не интересует, потому что я жажду кофе. Дело не только в том, что я отвыкла от физического труда, но и в стрессе из-за взаимодействия с таким количеством людей.
– Ты, конечно же, получишь вознаграждение, – смеется Грейс, заметив мой взгляд и открывая фургон, полный мешков с камнями и гравием.
– Мы могли бы поставить их рядом с контейнером, но нужно рассортировать все. Они выглядит одинаковыми, но это не так.
Я киваю и собираюсь схватить первый мешок, но его неожиданная тяжесть меня останавливает.
– Черт, они тяжелые, – выдыхаю я, и Грейс смеется.
– Да, они маленькие, но не забывай, что это камни, и достаточно тяжелые. Поэтому я и пришла помогать. Нам понадобится некоторое время.
В итоге я стою в фургоне, а Грейс на земле. Я медленно беру мешок, протягиваю его соседке, а она уже ставит его на нужное место. Разгрузка занимает у нас час, и, хотя я стону от усталости, Грейс хоть бы хны. Мы разгрузили половину мешков, и она предлагает сделать паузу. Ответ бормочу себе под нос, потому что не в силах говорить. Я едва могу перевести дыхание.
Мы находимся в идиллическом и плодородном уголке Нью-Джерси. Хозяин этого участка, стоматолог с Манхэттена, в прошлом году поручил архитектору спланировать и построить современную виллу. Снаружи видно много стекла и мало стен, а издалека она похожа на здание будущего. Уют в моем представлении выглядит по-другому, но не стану делать поспешных выводов, так как видела дом только снаружи.
Пока мы греем пальцы о стаканчики с кофе, Грейс звонит курьеру и резко разговаривает с ним. Он должен доставить части стеклянного зимнего сад до конца недели. Будучи профессионалом, она не ругается, когда собеседник требует надбавку за доставку. Грейс настаивает на условиях договора, по которым в цену доставки не должны входить дополнительные суммы.
– Идиот, – фыркает она, бросая телефон на пластиковый стол.
Внутри вагончика все белое, в углу стоят микроволновка, кофемашина и комод с посудой. Посередине расположен стол с пластиковыми стульями, а в другом углу еще стол, на котором горой лежат листы бумаги и наброски.
– Почему ты занимаешься этой работой? – интересуюсь, наливая себе еще кофе.
– Ты имеешь в виду, почему я сама многое выполняю?
Я киваю и делаю жадный глоток, стараясь не обжечь язык. На такое способны только профессионалы вроде меня.
– Когда я была маленькой, мы жили достаточно бедно. Мне приходилось носить ношеную одежду, которую мама находила по объявлениям. Родители много работали, а я оставалась на продленку. Однако выходные принадлежали нам. Мы наводили порядок в доме, расположенном возле частного леса. Тот принадлежал нашему соседу. А еще мы уезжали на прогулки, ходили в походы, плавали или просто устраивали семейные ужины и играли в настольные игры. Когда родители возвращались с работы вымотанные, мама все равно готовила, а папа находил очередное развлечение на вечер. Это мог быть «Твистер» или театр марионеток, сценарий к которому мы придумывали сами. С родителями не соскучишься и, невзирая на отсутствие денег, они подарили мне волшебное детство.
Грейс впервые рассказывает мне о прошлом и о семье, и я рада, что лучше узнаю ее. Она удивительный человек и не раз меня удивляла.
– Твои мама и папа тоже ландшафтные архитекторы?
