Внутри моя квартира была довольно неплохой, но без особой роскоши. Средняя квадратура для трехкомнатной квартиры, плазменный телевизор, диван, двуспальная кровать, персональный компьютер и остальное необходимое тут можно найти, но вот золотой унитаз, фарфоровый сервиз, серебряные ложечки и все остальное, лишнее, тут не виднелось.
Первым делом я начал жрать, причём, очень много. Я буквально проглатывал все что попадётся, не обращая внимание на то, сырое ли это или замороженное. Собрав в желудке большую часть себя-жижи, я растворял на энергию все что попадало туда, даже отходов не оставляя. Опустошив холодильник, я наконец понял что я, оказывается, очень и очень устал, причём, ещё с самого начала, когда я только проснулся в том Океане. Вялость что была с того момента — частично пропала, и я буквально чувствовал как улучшилось мое скверное настроение.
Почти сразу после этого, я понял и ещё одну свою способность — я могу не только заменять собой-жижей поврежденные ткани, но и многократно ускорить регенерацию, лишь бы энергии хватило. Потому, вместо того чтобы закрыть собой-жижей дырки в своём теле, я наоборот убрал все те части которыми себя заштопал, предворитедьно перевязав раны насколько умел, и в десятки раз ускорил регенерацию органов. Было больно, очень, но с активной помощью себя-жижи я таки справился с основными ранами за одну ночь. Энергии опять не хватало, так что о восстановлении внешних ран пришлось временно забыть, оставив простые перевязки на своём теле.
Голода я не чувствовал, но опять испортившееся настроение мягко намекало на то что энергия мне не помешает, и тот факт что оно было куда более скверным чем вчера — мне не был на руку.
На улице уже светало, и как раз в это время мне нужно было собираться на работу. Прошипев от боли, я вздохнул и медленными шагами направился на кухню. Разумеется, есть было нечего, а в карманах у меня не сказать чтобы много денег.
— Неужели придётся что-то продать? Нет уж. — решился я. Сегодня выбора у меня особо и нет, потому придётся потратиться на славу, но в следующий раз у меня таких проблем точно не будет.
Выйдя на улицу, я таки осознал что будь у меня машина, не пришлось бы по полтора часа идти пешком на работу. Общественный транспорт — не вариант, ибо слишком большое внимание огромного количества женщин — всегда не нравилось Алану, а поскольку государство платит большие пособии мужчинам, у них редко когда нет своей машины. И Алан, а значит и я, будем не просто в центре внимания, а скорее даже облапаны, а быть может и вовсе — изнасилованы. Второе конечно маловероятно, но такое имеет место быть, и я даже знаю про такие случаи.
Вздохнув, я сделал то что Алан никогда не делал за пять лет службы — забил на работу, посчитав что опоздав на пару часиков, я не умру. А вот если я сейчас же не позавтракаю, причём очень и очень плотно, я могу послать их всех и уйти с работы.
Сказано — сделано. Я пошёл в ближайший супермаркет, закупаться сырыми продуктами. Больше всего я, разумеется, взял мяса, ибо в нем, как мне кажется, больше всего энергии. Остальные продукты я также выбрал по количеству энергии. После мяса таковым я посчитал сладости, а в частности шоколад. На чем я основывался, когда определял количество энергии? На интуиции, разумеется, ведь по другому и не может быть, когда ты ничего о себе не знаешь, а все необходимые знания приходят тебе в голову.
Тащить довольно внушительное количество продуктов домой у меня не было никакого желания, потому, зайдя в место где не было ни камер ни людей, я начал поглощать небольшую гору еды, что я принёс сюда за четыре захода, и потратил почти все деньги.
Еда закончилась через сорок минут, и я все ещё чувствовал что я могу съесть не меньше. И да, мое настроение вышло с отметки — «только попробуй мне кто что сказать, я его голову в подарочной упаковке его родителям отправлю», до — «терпение и великодушие — хорошие черты характера, и поэтому я постараюсь их проявить».
Удовлетворённый полученной энергией, но чувствующей себя неловко из-за пустого кошелька, я спокойным шагом направился на работу. И пофиг что я потратил лишних два часа, а значит и опоздал на столько же.
К десяти часам я уже был в участке, где на меня бросали удивлённые взгляды, а некоторые и вовсе откровенно пялились словно на восьмое чудо света. Я уж начал думать, что они как-то прознали про мою смерть, но вскоре все стало понятно. Алан ни разу в своей жизни не опаздывал на работу.
Игнорируя всех этих девушек, среди которых было два парня, один из которых — уборщик, а второй — бухгалтер, я довольно спокойно направился к своему столику. Не хватало чтобы раны, которые ещё не зажили, открылись.
Сев на своё место, я уже открыл папку со своим делом — вандалами что разрисовывают стены по ночам, я услышал голос сзади.
