Затем он записал телефоны тех троих моих постоянных клиентов, которых я встретил днем и тут же принялся им названивать, вновь преобразившись в саму обходительность. Хотя для подобных звонков было уже поздновато, ему все же удалось получить необходимую информацию.
— Сними наручники, сержант, — разочарованно скомандовал Тулос, и нехотя добавил:
— Поймите меня правильно, Марк. Я знаю вас давно, и с хорошей стороны. Но когда случается такое, да и улики против вас… Шериф и не подумал извиниться.
— Ладно, шериф, давайте закончим на сегодня. — Я облегченно растер запястья. — Я ужасно хочу спать. Кстати, проверте «плимут», что стоит под моим окном. Мне показалось, что когда я возвращался домой, за мной следили.
— Сержант! — коротко сказал шериф махнул рукой в сторону окна.
Сержант кивнул, подошел к окну и осторожно посмотрел на улицу через щелку в гардине. Затем он безшумно исчез за дверью.
— Зайдите завтра для опознания меча, и не уезжайте из города, пока я не сниму показания с ваших приятелей в письменном виде, — сказал шериф и надел свою шляпу.
Вдруг, с улицы донесся шум взревевшего мотора и резкие хлопки пистолетных выстрелов. Первый, второй, третий… Я насчитал всего шесть выстрелов — стреляли из одного оружия, и кто-то, по всей видимости, расстрелял всю обойму.
Шериф выбежал на улицу, на ходу выхватывая свой револьвер. Через минуту и шериф, и сержант вернулись в квартиру. Шериф передавал по рации описание «плимута».
Оказалось, что в машине действительно находился мужчина, которого совсем не заинтересовала идея сержанта предъявить документы. «Плимут» резко сорвался с места, а сержанту пришлось применить оружие. Ночная мгла помогла неизвестному скрыться.
— Рекомендую вам не открывать дверь кому попало, — порекомендовал шериф перед тем как уйти.
— Учту ваши пожелания, — съязвил я. Затем мы попрощались, и я остался один.
Было уже начало четвертого. Я разделся, со злостью швырнул одежду в угол и, не принимая душа, в изнеможении упал на кровать.
Как и следовало ожидать, проснулся я невыспавшийся, с пульсирующей головной болью. События предшествующего дня, как надоедливая муха, поочередно проносились в голове, которая нестерпимо раскалывалась в такт с биениями сердца. Из зеркала в ванной на меня смотрел изрядно помятый мужик, с небритой, осунувшейся физиономией.
Я знал, как себя вести в подобных случаях: минут тридцать бега трусцой — и печень легко справится с перегрузкой.
Через полтора часа, после пробежки и холодного душа, я был уже в кабинете шерифа. Я написал заявление о пропаже меча, а затем Тулос приказал сержанту принести его на опознание.
— Ну как, Марк? Узнаете? — спросил шериф, передавая мне Ордогот.
Конечно, это был он. Я взял его в руки и на всякий случай внимательно осмотрел.
— Это мой меч, — ответил я, возвращая его шерифу.
Когда я его передавал, мне показалось, что мои руки словно прилипали к твердой поверхности металла и отрывались от меча с едва заметным усилием. Чертовщина какая-то, — подумал я, покрывшись испариной.
— Ну вот, формальности соблюдены. К сожалению, вашу собственность я смогу вам вернуть только после суда, — сказал шериф и убрал меч в большой стальной сейф, стоявший в углу кабинета. Затем он достал из кармана портсигар и предложил мне сигарету.
— Ваше алиби полностью подтвердилось, Марк, — добавил он, улыбнувшись как ни в чем ни бывало, и закурил.
— Вчера был на редкость паршивый день, — продолжил шериф. — Я искренне надеюсь, что на этом ваше участие в данном деле закончится. Кстати, экспертиза показала, что тот, кто нанес смертельный удар, а он был нанесен именно этим мечом, имел просто уму непостижимую силу: удар был нанесен не лезвием, а плоскостью меча. Тем не менее, кинетической энергии удара хватило, чтобы снести жертве полголовы, — добавил он.
Шериф присел на краешек стола, вопросительно посмотрев на меня, и выпустил струю дыма в потолок.
— Желаю вам удачи, шериф, — сказал я, прощаясь. У меня не было никакого желания далее задерживаться в этих стенах.
— Удача сейчас бы мне не помешала, — вновь улыбнулся Тулос.
На выходе из кабинета я обернулся. Шериф смотрел мне вслед. На его лице уже не было и тени улыбки.
На улице я нашел телефон-автомат и набрал номер Томаса. Трубку сняли почти сразу.
— Привет, Том. Это Марк.
— Здравствуй, Марк. Я уже знаю о том, что случилось с Корой. Не могу понять, кому она наступила на хвост…
— Ты уж извини меня, что я не позвонил вчера. Я был просто в трансе. А откуда ты знаешь? — удивился я.
— Я прочитал утренние газеты.
— У меня случилась еще одна маленькая неприятность, о которой газетчики пока не разнюхали. Давай встретимся в «Дяде Курте», — предложил я.
— Я буду там через полчаса, — согласился Томас. Было еще рано, и в баре почти никого не было. Томас еще не подошел.
— Привет, Роберт, — поздоровался я.
— Здорово, Марк, — улыбнулся бармен. — Как твои дела?
— Спасибо, все просто замечательно.
— По тебе этого не скажешь, — заметил Роберт.
— Наверно я просто старею. А как дела идут у тебя?
— Вполне терпимо. Я даже подумываю о том, чтобы нанять себе сменщика.