Ну, да бог с ним, с ювелирным искусством. Береславский любил Тео прежде всего за его неизбывный оптимизм, нечасто встречающийся даже на наших просторах, где никогда не было недостатка в "безбашенных" персонажах. Тео одним из первых прыгнул вниз головой с "тарзанки", как только она начала работать в Парке Горького. Его знали во всех сколько-нибудь стоящих московских кабаках. А машину он водил так, что обычно стойкий в этом плане Ефим едва сдерживался, чтобы публично не продемонстрировать съеденное.
Короче, сын испанца и русской соединил в себе положительные качества обоих национальных характеров, украсив генофонд Родины. Который, кстати, обильно пополнял, постоянно меняя жен и подружек.
Тео ответил сразу. Состоялся короткий разговор, немедленно перешедший в практическое русло.
- Почему на Волгу? - удивился максималист Фернандес. - Давай уж на море!
- Не успеем за два дня.
- Почему не успеем? - еще больше удивился Тео. - В двух днях 48 часов, если я не ошибаюсь.
- Ошибаешься, - мстительно заметил Ефим. - Это в двух сутках 48 часов. А в двух днях - 24. - Он уже понял, что степень романтизма Теофилло резко превышала его, Ефимову. Но отступать было поздно.
- Я еду к тебе. Ты не возражаешь, если я поеду с Дашей?
- Нет.
- Ну и отлично, - сказал Тео и положил трубку.
Через полчаса он по сотовому сообщил, что ждет внизу. Ефим вздохнул, позвонил маме: предупредил, что в воскресенье не приедет, так как много работы. Потом позвонил Наташке с тем же заявлением. И попрощался с Мариной Ивановной.
- На Бисерово? - сменила гнев на милость референт.
- На Черное, - печально ответил Береславский.
- Оно же маленькое и грязное, - удивилась Марина. Они уже давно не ездили на Черное озеро - слишком заилились берега.
- Нет, Марина Ивановна, - поправил ее Ефим. - Оно большое и синее. И соленое к тому же.
Марина Ивановна поверила сразу. Человек, купивший по дороге домой лошадь, способен на выходные съездить на море.
- А с кем ты едешь?
- С Теофилло.
- О, господи, - не на шутку расстроилась Марина. - Тебе это надо?
- Я хотел искупаться в Волге. Но, видно, не судьба...
Марина Ивановна тревожным взглядом проводила начальника. А вечером того же дня поставила свечку в храме напротив своего дома. Чтоб нормально доехал.
На всякий случай.
Ефим же в это время, стараясь пореже раскрывать глаза, летел уже за Тулой в темно-синем автомобиле "Мерседес 500 СЛК", ведомом твердой рукой хозяина Теофилло.
Время от времени теплые слюнявые губы касались сзади шеи Береславского. На заднем сиденье вольготно расположилась Даша, здоровенный ротвейлер, явно получавшая кайф от быстрой езды и общества. Ефим стеснялся вытереть слюни с шеи, потому что не знал, как Даша отреагирует на поднятые руки. Он вообще был удивлен, увидев Дашу. Но счел за лучшее промолчать, чтобы не расстраивать животное: все равно ее уже некуда было деть, а дорога предстояла дальняя.
- Быстро ездят, паразиты! - вдруг сказал Тео.
Ефим раскрыл глаза. Их пыталась достать "Мазда-626", тоже синяя, только посветлее, явно с серьезным, "форсанутым" мотором. Они летели друг за другом километров триста, время от времени меняя позиции. Обычно это происходило, когда либо Тео, либо ребята с "Мазды" платили штраф милиционеру с почти зашкалившим радаром. Если платил Тео, "Мазда" проходила вперед и джентльменски поджидала отставшего. Если платили те двое, то их ждал Фернандес.
На одной из таких остановок они подошли к "мерсу".
- Здорово, парни! Откуда путь держите?
- Из Москвы.
- И мы из столицы. На море хотим.
- И мы на море.
- А мы, между прочим, - выпендрился парень, - искупаться - и обратно.
- На день, что ли?
- Нет, на три.
- А мы - на два! - заявил Тео. - В воскресенье - домой.
Парни, расстроившись, что есть кто-то дурнее их, печально побрели к своей машине.
- Обломали их, - порадовался Тео и рванул вперед.
Второй раз ребята из "Мазды" подошли уже около Белгорода. Перед этим Ефим дал приличного крюка, обознавшись с указателем. Потом Тео догонял упущенное время. Теперь вот-вот должно было начать светать, и они решили четверть часа передохнуть. Откупорили банку сока, достали булки, накормили Дашу колбасой и дали ей пописать.
- Мы из-за вас пострадали, - со смехом начали конкуренты.
- Из-за нас? - удивился Тео, уже трижды спонсировавший дорожно-патрульную службу (всего за поездку его пощекотали за кошелек восемь раз и дважды Ефима).
- Ну да! Вы пролетели мимо поста, он даже не успел выскочить. Но передал по рации на следующий пост. Там нас и сцапали.
- Это когда я свернул с трассы, - сообразил Ефим. - Вот видишь, все что ни делается - все к лучшему.
- Для кого как! Мы ему доказываем, что у нас не "Мерседес", а "Мазда". А он талдычит свое: "Ничего не знаю. Машина синяя? Синяя! Нарушила? Нарушила! Хотите - поедемте утром разбираться".
Тео захохотал. Ребята сели рядом и тоже дождались восхода. Береславский было потянулся за фотоаппаратом, который, разумеется, взял с собой, но Тео укоризненно покачал головой. Так Ефим и ехал сквозь вдохновенный рассвет, мучимый невозможностью его запечатлеть.
