— Вполне, — тоже серьезно ответил Ивлиев. — При масштабах «Беора» — более чем.
— Иванов звонил предупредить о задержании киллера. У задержанного нашли фото детей и жены бухгалтера.
— Товарищ генерал милиции совершил должностной проступок, — произнес генерал.
— Это мелочи, — теперь уже улыбнулся Коровин. — Главное, что генерал не делится информацией с другом детства Флеровым. У него вообще неплохая репутация. По крайней мере, ничего грязного. Задержал киллера сыщик с «земли» Митрошкин. В этот же день он погиб. Есть предположение, что наткнулся на руководителя задержанного. С задержанным работает милиция, но результатов пока нет.
— Василий Федорович, вы мне говорили, что у вас по этой проблеме что-то есть? — спросил генерал.
Ивлиев, как фокусник, извлек листок бумаги, заботливо наклеенный на картон:
— Портрет предполагаемого убийцы опера. Сдается мне, что я где-то его видел.
Собравшиеся затаили дыхание. На них смотрел человек, хорошо знакомый, по крайней мере, двоим.
— Беланов, сволочь! — вырвалось у генерала.
Все может быть в жизни. Подполковник Ивлиев «забивает стрелки» вымогателям. Опера с «земли» столуются в опекаемых ресторанах и бесплатно ремонтируют свои машины. Бывает и хуже, когда кто-то за взятки создает или разваливает дела. Но нет у честных ментов страшнее греха, чем покрывать убийц. А уж самому убить, да еще — своего! МВД, ФСБ — в данном случае значения не имеет. Бывший офицер организует убийства детей и убивает офицера. Сволочь Беланов!
— Вот, значит, куда он скатился, — уже спокойнее сказал генерал. — У кого еще есть это? — Он показал пальцем на листок с портретом.
— У всей милиции Москвы. А скоро будет у всей милиции России. Это не шутка — убить опера.
— Мы должны найти его раньше. Вызовите ко мне полковника Нефедова! — нажав кнопку селектора, приказал он помощнику. И, обращаясь к Коровину, продолжил: Выясните, на кого работал Беланов.
— Это не тайна, — сказал Коровин. — На Благовидова.
— Опять Благовидов… А откуда информация?
— Беланов, когда уходил, говорил. Потом звонил, звал меня. Рассказывал об условиях.
— Хорошие условия?
— Мне предлагалось полторы тысячи «зеленых».
— А характер работы?
— Оперативный сбор информации. Частным образом.
— Чего ж не согласился?
— Интуиция, наверное, товарищ генерал. Зря таких денег не платят.
— Вот именно, зря не платят таких денег. Платили бы, Беланов не подался бы в бандиты.
— Не все, кому не платят, подаются в бандиты, — буркнул Ивлиев. Он Беланова лично не знал, и его дальнейшая судьба не сильно волновала подполковника.
В кабинет вошел пожилой полковник — вызванный генералом Нефедов:
— Разрешите?
— Да, Евгений Миронович, заходите. Этого товарища знаете? — Генерал протянул ему портрет.
— Виноват, товарищ генерал! — Нефедов на секунду отвлекся, радостно приветствуя Ивлиева: они вместе прослужили не один десяток лет.
Он взял из рук генерала листок с изображением Беланова, внимательно в него вгляделся. — Наш, что ли? Лицо знакомое. Как будто видел в коридорах.
— Видели, наверное. Беланов Андрей. Уже не наш. Даже наоборот. Убил милицейского опера. Его надо найти как можно быстрее. Желательно — до милиции.
— Есть, товарищ генерал. Сейчас подниму досье, и растрясем всех. — Нефедов вышел.
Но дверь даже не успела закрыться. На пороге появился Волков, молодой молчаливый офицер, участвовавший в прошлом совещании:
— Разрешите, товарищ генерал? Новая информация по делу бухгалтера.
— Давайте.
— В ОВД полковника милиции Кунгуренко местный опер задержал человека, покушавшегося на семью бухгалтера. («Третий источник», — машинально подумал Коровин. Сила его ведомства — в многочисленности информационных ручейков, истекающих изо всех областей жизни и подпитывающих могучую реку фактов. Главное, чтобы эти факты грамотно анализировались. Тогда для тайн практически не остается пространства.)
— И у вас есть рисованный портрет убийцы этого опера? — предположил генерал.
Молодой офицер от удивления смешно вскинул брови. Старшие, не выдержав, заулыбались.
Он извлек из портфеля листок-близнец ивлиевского. Разве что на картон не подклеенный. С портрета угрюмо и зло смотрел Беланов.
— Еще новости есть? — спросил генерал.
— Не знаю, — чистосердечно признался вошедший, снова вызвав улыбки. — Вы в курсе, что Кунгуренко утром стрелял в убийцу?
Генерал решил не обращать внимания на неподобающий стиль беседы:
— Давайте подробнее.
Волков ободрился. Значит, не все его результаты заранее известны.
— Сегодня утром Кунгуренко вычислил укрытие этого, — он показал на портрет, — и при попытке задержания ранил подозреваемого.
— Тот что — ушел? — спросил генерал.
— Да. Но следы крови остались. Ранение точно есть и, видимо, серьезное.
— Может, это и к лучшему, что ушел, — задумчиво сказал генерал. — Его должны взять мы. Наша грязь, мы и смоем. Еще что-то есть?
— Нет пока. Жду сообщений.
— Хорошо. Коровин, продолжайте.
