— Он, я велел проводить его в вос-сточное крыло, подальше от любопытных глаз.
— Благодарствую, благодарствую, — Хитрец потёр руки, — проследи, чтобы вина было вдоволь.
— Я бы не с-стал договариватьс-ся с ними, — прошипел Скорнь, сплёвывая слова, как яд. — Похотливые глупцы…
Хитрец оглянулся, на залу, где у стола Вакр уже облапал полуголую иритийку за масляные бока.
— Пусть развлечётся, после поговорим…
— Они точно тебе нужны? — гордарец отвернулся, — Воины девовы готовы выступить под твоим флагом…
— Пусть ждут, — Хитрец огладил шитый алым плащ на груди, — скоро…
— Как с-скажешь…
Магистр Ис ждал. На этот раз света в комнатке хватало, чтобы разглядеть богатый, шитый золотом и алой ниткой плащ, по кромке которого свивались в кольца змеи и росли ядовитые цветы. Колдун, не иначе. Однако, пророчества его сбылись. Издох же братец и никто даже вида не подал, что Хитрец хоть как причастен к кончине тьярда. Девку-прислужницу, лекаря и всю смену, что стояла в охранителях в тот день, всех в палаческой разговорили, что надо вызнали. Приговор расписан, приведён в исполнение. Теперь наступает новая эра, эра под знаком Хитреца, и ему, как никогда раньше нужны союзники, армия, а ещё больше та новая земля, что обещает власть и богатство.
— Ты получил, что хотел… — прошептал Магистр, поворачиваясь к Хитрецу лицом. Из-под раструба капюшона повеяло могильным холодом, и Олаф ощутил дрожь в ногах. «Это хмель», — успокоил он сам себя, — «всего-то хмель да пара бессонных суток».
— Я помню. Ты просил помощи…
— Содействия, — уточнил Магистр, — ты можешь заключить мир с югом и востоком, но север никогда не покорится. Особенно север… Ты знаешь и сам.
— Йорманды уже ведут туда сотни. Северянам придётся покориться, или они умрут.
— Я прошу малого в обмен на победу: отдай мне новую землю, и я сделаю её твоей вотчиной…
— Она и так будет моей, — ухмыльнулся Хитрый, понимая, что говорит сейчас его языком дьявол, вызванный лишней чаркой. — Уже скоро.
— Это станет платой, — прошептал Магистр, приближаясь, а Олаф невольно отступил. — За мою благосклонность…
— Я награжу каждого, кто станет мне союзником и подмогой, но… — Олаф вдруг приосанился. Что может этот странный человек? Он пришёл из ниоткуда, начал шептать, советовать. И даже помогать. Но что на самом деле стоит за ним? Что за сила? Смерть тьярда это малое в чём можно обвинить Магистра. А ну как…
Но довести свою мысль до завершения Хитрец не успел. Рука гостя поднялась и со скоростью змеиного броска прижалась к шее. Мысли забились в тисках чужой воли.
— Мне нужна эта земля, — прошипел Магистр в лицо, и в скупых отсветах блеснули влажным блеском бесцветные глаза.
— Нужна… — эхом повторил Хитрец.
— Возьми себе всё, но не северный остров…
— Всё…
— Скажи всем, что тебе снизошло озарение, — Магистр скинул капюшон, открывая взгляду лицо, что до сего момента всегда было скрыто: блики на белых волосах, густая величественная борода и леденящий взгляд, — что к тебе спустился сам Эйсенгард и потребовал чтить новых богов.
— Чтить богов… — непослушными губами покорно повторил Хитрец.
— Им возведены святилища на севере, юге, востоке и западе! И боги даруют милость только тем, кто покориться им. И новому тьярду…
— Новому тьярду… — вот это уже другой разговор. Новый тьярд — звучит приятно. И мысль эта, пестуемая чужой волей крепла и росла, обретая конкретные формы.
— Скажи, сама Дева благоволит им, ибо как не благословить собственных детей…
— Детей…
— И она благословляет каждого из людей, кто покорится им…
— Благословляет…
Магистр отступил, накинув капюшон, а Хитрец, покачнувшись, потерял вдруг опору и отступил ещё на шаг, пока не упёрся спиной в стену. Голова закружилась. Новые боги пришли на землю, и они благоволят новому тьярду. Хитрец поднял взгляд на Магистра.
— Ступай, и возьми всё, что тебе причитается. И не забудь вернуть свою благодарность сторицей…
— Северный остров…
— Он должен достаться мне.
