— Джев! — Ллойву двинулся назад к костру, но ноги его отчего-то увязли в топкой грязи. Он угодил в болото. — Джев! — Он с усилием вытянул одну ногу из хляби. Сделал шаг. — Джев! — кричать бесполезно. Можно до хрипоты пытаться достучаться до брата, но он не услышит.
Безликий воткнул нож под подбородок своей жертве.
— Джев!!! — Ллойву почти охрип. Ноги увязли настолько, что вытащить их уже невозможно. Яркая вспышка осветила болото, бросая контрастную черную тень на мутную гладь воды. Выжигающее глаза пламя. Ллойву слезящимися глазами взглянул на источник сияния за своей спиной. Окто. Огромный, раздутый до невероятных размеров. Величиной в полнеба, Окто завис над ним. Ллойву потянулся к костру. Спасти, ещё можно спасти…
Дженве, насаженный на нож, точно мотылёк на иглу, дергался в руках Безликого. Движения его тела стали гротескно сильными, словно его било в судорогах. Фальшивка. А затем кукла открыла глаза и рот в беззвучно крике, все еще дергаясь всем телом. На белом овале распахнулись три бездонные дыры. Странно, что несмотря на расстояние и скверное зрение, эту картину Ллойву видел очень четко, словно она выжигалась где-то в голове.
— Нет, — бессильно выдохнул Ллойву. Вид брата привел его в ужас, но не идти к нему он не мог. Должен.
«Наше» — прогудели сотни голосов.
— Отдай, верни! — Ллойву потянулся к брату. — Не смей! — Жар от Окто пек спину и грозил сжечь на месте.
«Наше». Тело дернуло от крика или от ожога, и Ллойву открыл глаза.
Спина нагрелась от костра в настоящей реальности. Ллойву перевернулся на другой бок, лицом к страшащей его правде. Нет, это только сон. Всего лишь сон. Дженве спит недалеко. Его спальный мешок мерно поднимался и опускался от дыхания. Наемник караулит, тараща прямо на него осоловелые от бессонницы глаза. Все таки Дженве слишком беспечен, что вверяет их безопасность первому встречному людю. Ллойву не доверял бы им. Тем более после последних событий. Но от радостного осознания, что это только сон, Ллойву был готов даже поболтать с проводником. Хоть с с самим дьяволом.
Ллойву выбрался из одеяла, накинул плащ, сел на бревно на приличном расстоянии от наемника. Ночь студила руки холодным сырым ветром, проникала в мельчайшие прорехи в одеянии, выстуживая промокшую от пота рубаху. Смена лежит в вещевом мешке, но сейчас думать от том, чтобы переодеться не хотелось. Ллойву взглянул еще раз на мерно поднимающийся и опускающийся от дыхания спальник Дженве. Все в порядке. Просто сон. Отвратительный сон. Он провел рукой по лбу. Пот уже высох, осталось мерзкое чувство страха, но и оно таяло рядом с весело потрескивающим костром.
— Не спится? — Грустно спросил наемник.
— Просто сон, — отозвался Ллойву невпопад. Зачем людю знать, что его тревожит? Проклятый Окто никак не отпустит его. Разорвав связь с Аст’Эллотом, Окто отчего то сохранил её с Ллойву. И тянулся следом, тащился по земле людей, требуя своё. Или это просто кошмары.
— Надует снег к утру. — со вздохом проговорил Пивень. — Вон какие тучи нагнало.
— Снег? — Ллойву пожал плечами. Ему было безразлично. Пусть будет снег. Большая земля жила по своим законам и их Ллойву был готов принять.
— Вот и весна, а зима-то не отступает. Все снег да снег. Ночью нападает, днем растает. — Продолжал наемник. — Такая его работа. Падать. Одна беда, бездорожье размоет. Тяжеленько без тракта идти будет. На дорогу не желаете выбраться?
— Мне, право, все равно. Утром Джев проснется, там решим, если по дороге лучше, то пусть будет дорога.
— Он у вас главный? — С лукавинкой в глазах спросил Пивень. Наемника было откровенно скучно и он был не прочь поговорить
— Что это значит? — не понял Ллойву. Всю жизнь, что они попадали с братом в передряги, они принимали решения вместе, используя каждый свой резерв. Если Дженве всегда был сильнее, то на Ллойву ложилось планирование, они пользовались Искрой друг друга, если это было необходимо. И Ллойву никогда не думал, кто в их паре был главным. Вопрос никогда не стоял так.
— Ну… — Пивень смутился. — Он все решает…
— Мы путешествуем вдвоем, — зачем-то уточнил Ллойву для наемника, в глазах его горели отблески от костра. — все решения — наши общие.
— Да, ну я просто…подумал. — Пивень смутился от пристального взгляда белесых глаз. — Не похоже было…не важно в общем…
— Вы — людь, слишком просто устроены. Вашего порога чувствительности не хватает, чтобы уловить связи между нами. Но она есть. Нам не нужны слова. Нас связывает наша кровь. — Высокопарно выдал Ллойву.
— М-м-м, — Пивень отвернулся. Ишь, слишком просто устроены. Да хоть бы и так.
— Почему ты зовешь нас людью? — После паузы спросил Пивень. Слово ему не нравилось, и он не совсем понимал его значения. Словно собаку кличут.
— Кто же ты? — Удивился Ллойву.
— Человек.
— Человек — не людь?
— А вы тогда кто? — обиделся наемник.
— По происхождению мы — иллои. По крови — первородные асатры.
