В те дни, когда под ногами фашистов все сильнее колебалась земля, когда Красная Армия все быстрее приближалась к нам и особенно после того, как попытки фашистов расправиться с партизанами потерпели полный крах, Борис Митов и был завербован жандармерией. С его помощью предполагалось захватить или в крайнем случае ликвидировать руководителей отряда.
Для выполнения этой цели он должен был с самого начала завоевать наше доверие, соблазнить тем, что может доставить нам печатный станок, обувь, часы и другие необходимые предметы, а уже потом подготовить наш арест. И Борис начал готовить свое черное дело.
Через ятаков он получил наше согласие на встречу. На первой встрече он был особенно щедр в обещаниях, говорил, что любит нас, как родных братьев, что все, что нам надо, он достанет, и настаивал на более частых встречах.
Я знал, что Борис работает в переплетной мастерской нашего земляка Видена Томова, а Виден был человек, известный своими передовыми взглядами. Когда я был учеником, он часто снабжал меня бумагой, и можно было поверить, что Борис доставит нам печатный станок, который имелся в мастерской, тем более, что он был компаньоном хозяина.
На этой встрече Митов показал себя энтузиастом нашего дела. Договорились, что бумагу и кое-что еще он переправит к своему отцу в Бохову, кроме того, он настоял на второй встрече, чтобы лично передать нам часть обещанного. Условились в следующий раз встретиться 1 мая в то же время и на том же месте.
Прошло несколько дней и в ночь на 1 мая жандармерия бесшумно окружила село и заняла все тропинки, ведущие к нему.
Бохова была охвачена тревогой. Снова чья-то мать заплачет, снова загорится чей-то дом. В тот момент, когда все с ужасом ждали, кого посетит беда, Борис самодовольно расхаживал по одной из канцелярий жандармского управления в Софии и с нетерпением ожидал результатов. Так в ожидании прошел весь день. Телефоны между Трыном и Софией работали непрерывно, даже был готов текст сообщения, что мы схвачены или убиты, но — капкан оказался пуст. Занятые формированием новых боевых единиц, мы совсем забыли о встрече и случайно избежали готовящейся засады.
Жандармерия осталась ни с чем, но Борис Митов, ее сотрудник, попал в еще большую зависимость от нее. Он приложил все силы, чтобы раскрыть подпольную организацию в Софии. Ему удалось добраться до наших ятаков Милана Атанасова, Хараламбия Захариева, Ивана Михайлова и других — их арестовали одного за другим. Нелегко пришлось нашим товарищам. Хотя они и остались живы, но из тюрьмы вышли искалеченными.
Палилула встретила нас тепло и приветливо, как всегда. Наши чудесные ятаки непрерывно встречали и провожали новых партизан. Три бедняцких дома были уже не в состоянии накормить сотни проходящих. На помощь им пришел мельник Тодор Стойчев. Регулярно, раз в три-четыре дня, пока длилась мобилизация, он отправлял в Палилулу по 100—200 килограммов муки.
В Палилуле мы встретились с Василом Теодосиевым, который был эвакуирован в Бохову. Оттуда по указанию Георгия Чанкова его переправили в Софию, чтобы он провел к нам Илию — связного окружного комитета партии, смелого и дисциплинированного парня, который должен был информировать нас о работе в округе, а мы, в свою очередь, должны были передать ему наше мнение по некоторым интересующим окружной комитет вопросам.
Здесь же, в Палилуле, должна была состояться наша встреча с Раденко Видинским (баем Захарием) — ответственным за Треклянский район Кюстендильской околии. За короткое время он успел связаться со многими селами околии, провести там партийные собрания по некоторым организационным вопросам, и ему больше не оставалось ничего делать, кроме как заняться работой во всей околии, что ему и поручили. В помощники ему выделили активную ремсистку, руководителя молодежи в околии Марию Захариеву (Бойку) из Софии. Они оба принялись за выполнение партийной задачи с большим усердием.
