– Все должно оставаться на своих местах, – отчеканил Бортник. Наверное, он решил, что я только и думаю, как бы что тут слямзить.
Я осмотрелся. Кабинет брата был, конечно, в разы меньше, чем офис Рэнфорда, зато был намного уютнее, несмотря на современную мебель из светлого дерева и пластика. У стены стоял продавленный плюшевый диван, на котором, судя по вмятинам, мой брат проводил много времени, перед письменным столом были расставлены такие же мягкие кресла. В углу приткнулся сервировочный столик и практичный бар. Будь я клиентом, здесь мне было бы намного приятнее вести переговоры, чем в мавзолее наверху. Стены украшали картины с морскими пейзажами, выполненные в светлой графичной манере Эдварда Хоппера18, но более жизнерадостные. Наверняка их выбирала Пегги. На книжном стеллаже, заполненном журналами, я неожиданно увидел статуэтку богини Гуан Инь19, выполненную из белого фарфора. Я осторожно взял ее в руки под пристальным взглядом Бортника. Ничего особенного – обычная штампованная поделка, которой торгуют в Чайнатауне. Неужели мой брат таким способом пытался подлизаться к Рэнфорду?
– Вы не знаете случайно, в каком ящике стола мой брат держал пистолет? – спросил я начальника охраны. Тот слегка смутился и покачал головой.
Я начал отодвигать ящики один за другим. Ни один не был заперт. Внутри царил полный хаос, видимо, оставшийся после полицейского обыска.
– Мистер Стин запирал кабинет, когда уходил?
– Конечно.
– А у кого, кроме него, был ключ от кабинета?
– У мисс Джейкобс, личной секретарши мистера Стина. У меня есть ключи от всех кабинетов. На что вы намекаете?
– Ни на что. Не думаю, что он запирал дверь, когда ходил в туалетную комнату или поднимался к начальству. Никто так не делает.
Все это доказывало только одно. Любой мог зайти в кабинет Уоррена и взять пистолет из ящика. Естественно, не посторонний. Это мог быть сотрудник «Ар энд Джи», клиент агентства, бывшая или нынешняя супруга. Или кто угодно, сумевший придумать благовидный предлог, чтобы, не привлекая внимания, пройти мимо секретарской приемной.
Захлопнув ящики, я оглядел стол брата, обратив внимание на студийную фотографию в рамке. Очевидно на ней была запечатлена Вайолет, вторая миссис Уоррен Стин. Даже беглого взгляда хватило, чтобы заметить, что она поразительно красива, причем классической красотой, напоминая довоенных кинодив, казавшихся неземными созданиями, а не девушками, которых можно встретить с корзиной в ближайшем супермаркете. Вайолет была похожа на Кэрол Ломбард – то же идеально пропорциональное строение лица с высокими скулами и точеным прямым носом. Одна из длинных тщательно выщипанных бровей была насмешливо изогнута, алые губы едва приподнимались в полуулыбке. Девушка не выглядела кокеткой, скорее она предлагала разделить какую-то тайную шутку, известную лишь ей и тому, кто смотрит на фото. Мне пришлось пересмотреть свое мнение о романе Уоррена. Теперь я уже не так удивлялся, что он потерял голову из-за этой сногсшибательной красотки и оставил Пегги, которая была добродушной, уютной и по-прежнему симпатичной, но явно не обладала подобными сексапильными чарами. К тому же, выражение лица Вайолет, взгляд ее голубых глаз говорили о том, что девушка не только красива, но и имеет мозги.
Я поблагодарил Бортника и вышел в приемную, оставив его греметь ключами. Еще по дороге сюда я обратил внимание, что многие сотрудники агентства теперь выглядывали из своих кабинетов и с интересом меня изучали. Сейчас же, увидев меня, шум в секретарской комнате на мгновение затих. Почти сразу работа возобновилась, вновь послышался треск машинок и звук вращающихся телефонных дисков, но я чувствовал, что они лишь имитируют обычную деятельность, а сами сгорают от любопытства. Видимо, мисс Моралес успела разнести по конторе весть, что к начальству явился брат Уоррена Стина.
– Пойдемте, я провожу вас к лифту, – тронул меня за рукав Бортник.
– Я сам, – услышал я голос из-за левого плеча и обернулся. Там стоял молодой человек между тридцатью и сорока, перекинув клетчатый пиджак через руку. Другую руку он протягивал мне. – Коттон Лич, приятно познакомиться.
– Дуглас Стин. Взаимно.
– Мой кабинет вон в том углу. Пойдемте со мной, выход совсем рядом. К тому же я все равно собирался на ленч, так что нам по пути.
– Но мистер Рэнфорд сказал… – начал возражать Бортник.
– Мистер Рэнфорд наверняка просто не хотел, чтобы мистер Стин заблудился в нашем хаосе, – доброжелательно парировал Лич и взял меня под руку, твердо увлекая к выходу. – Как вы думаете, дождя сегодня не будет?
Мы спустились на лифте, обмениваясь светскими репликами.
– Не хотите разделить со мной ленч? – поинтересовался Лич. – Тут за углом есть замечательный французский ресторанчик, настоящая домашняя прованская кухня. Если вы, конечно, не возражаете против запаха чеснока. Они кладут его во все блюда. Поэтому дамы из нашей конторы его избегают.
Я задумчиво посмотрел на Лича.
– Вы знаете, кто я?
– Конечно. Вы брат Уоррена. Я бы хотел расспросить, как у него дела.
