– Я следила за Шейлой, когда она ездила в Лос-Анджелес и ходила в кино. На этот раз она пошла одна, но вскоре рядом с ней оказалась еще одна женщина армянского вида. Они не выглядели подругами, но что-то было неестественное в том, как они сидели рядом, а потом женщина пересела в другой конец ряда. Я подумала, что как-то связана с шантажом, и это ей миссис Ди передает деньги. Так что после кино я отправилась за ней. И тут заметила, что за этой женщиной следят двое мужчин. Ну ты представляешь, какой цирк! Так мы и ходили несколько часов гуськом. Один из пары все время отходил звонить, а потом, когда женщина села в такси, другой немедленно вскочил в автомобиль, который будто специально к нему подъехал. Тут я поняла, что это не частники – устроить такую давку из оперативников в городе могли только государственные службы. Так что я подошла к одному из парней, болтавшихся в хвосте у дамы, чтобы поговорить и выяснить, что происходит. Он оказался федом. Они все очень всполошились, отвезли меня к агенту Форбсу. Полдня допрашивали меня, проверяли мою личность, потом мы все вместе поехали в Лагуна-Бич, чтобы следить за Шейлой.
– То есть они не заподозрили ее в кинотеатре?
– Как-то пропустили. Она ни разу не возникала в их расследовании, тем более, что другие девушки отрицали, что она ездила с ними в Хог-Айленд. Я бы тоже этого не узнала, если бы ты не оставил Мэриголд отчет о разговоре с твоим братом.
– Получается, что именно мы навели федералов на Шейлу, – грустно сказал я. – Если бы ты не заговорила с ними, то девушки спокойно уплыли бы в Мексику.
Лекси удивленно уставилась на меня.
– Тебе так жалко Шейлу? Или Вайолет? Ой, бедных девочек заставили быть шпионками. Да они сто раз могли сами сдаться американским властям. Вместо этого они продолжали всех обманывать, обкрадывали своих мужей, изменяли им, собирались просто бросить. Мнимая гибель Шейлы наверняка разбила бы сердце мистеру Ди, а так теперь, когда пройдет шок, он наверняка помирится со своей семьей и, может, возьмет в жены симпатичную гречанку. А Вайолет вообще хотела, чтобы твой брат сдался и сел в тюрьму. Не давала ему общаться с дочерью. Я совсем не расстроена, что она умерла.
Лекси агрессивно вздернула нос, но затем начала тереть глаза.
– Знаешь, Дуг, на сегодня я очень устала. Ты не мог бы подбросить меня до дома, моя арендованная машина осталась в Лагуна-Бич. Завтра я попрошу Джулс, чтобы ее вернули в прокат. А мы с тобой встретимся утром в конторе и обсудим дело Уоррена.
Я отвез Лекси до ее дома, но сам не поехал отдыхать. Хотя событий дня и для меня было предостаточно, я совсем не мог заставить себя расслабиться. Мне казалось, что я упускаю что-то важное. Какие-то обрывки фраз, незначительные факты, которые, если выстроить их в правильном порядке, станут ключом к истине. Поэтому я поехал в контору один, чтобы в тишине и покое привести в порядок мысли.
В дверях я застал мисс Пиблз, которая уже нацепила шляпку и готова была закрывать офис. Я успокоил ее, сказав, что с Лекси все в порядке и она уже отдыхает дома.
– Список звонков я оставила у вас на столе, мистер Стин. А еще сегодня пришла посылка на ваше имя. Ее я тоже положила на стол. А теперь, с вашего разрешения, мне пора к сестре. У бедняжки был сегодня один из тяжелых дней, и она хочет послать Марию за итальянским мороженым, но боится оставаться одна без помощи, если ей снова станет плохо.
Меня уже давно подмывало спросить у мисс Пиблз, что же это за недуг такой у ее сестры, который надо лечить лобстерами и итальянским мороженым. Но вместо этого я ей вежливо пожелал хорошего вечера и отправился в наш с Лекси кабинет.
Быстро пробежал глазами по списку звонков, среди которых был Монти Фостер, Вэл Креддок, Фред Дорман, а также родители Пегги, сообщившие, что приезжают в Лос-Анджелес и остановятся в доме дочери. Все они вполне могли подождать разговора до завтра. Потом занялся пакетом размером с небольшой кирпич. Судя по наклейке, его доставила местная курьерская служба. Разрезав бумагу, я извлек две небольшие книжки – стихи Роберта Браунинга и Элизабет Браунинг. «Надеюсь, чтение английской поэзии станет не самым плохим способом провести вечер», сообщалось в приложенной записке. Библиотечных штампов на книгах не было, так что, видимо, Маркус взял их из дома или специально купил мне в подарок.
Почему бы не прислушаться к такому совету? Мозг, перегруженный информацией за день, все равно отказывался работать, поэтому я решил дать ему отдых, изучив творчество влюбленных супругов. Хотя бы предпочел, чтобы мой друг прислал в подарок четвертую книгу «Александрийского квартета». Как я узнал, она называлась «Клеа», и в ней должны были прийти к логическому завершению все линии, лихо заплетенные в первых трех томах. Но пришлось довольствоваться поэзией.
