— Что здесь происходит? — вдруг ко мне подходит ничего не понимающий Александр в ту минуту, когда я только рот открываю, чтобы поставить на место этого неуравновешенного человека.
— Скажи своей суке, чтобы она убрала эту грёбаную машину! — он продолжает неистово кричать, чем знатно меня выбешивает.
— Захлопнись, если не хочешь получить по лицу, — спокойно, но устрашающе говорит Александр и встаёт между мной и слегка опешившим мужчиной, который не ожидал такого выпада со стороны парня.
— На кого ты рот открыл? — сжимая руки в кулаки, псих начинает грозно идти на Кинга, желая развязать драку. Но одного толчка в грудь достаточно, чтобы повалить его на землю. Как-никак, Александр в два раза больше этого мужчины, потому, признав своё поражение и напоследок сказав какую-то дерзость в нашу сторону, он садится в свой автомобиль и едет дальше. Кинг оборачивается в мою сторону и велит садиться в машину, попутно говоря:
— Ты просто не можешь держаться подальше от неприятностей.
— Я не просила, чтобы ты защищал меня, как чрезмерно заботливый папочка, — я с упрёком отвечаю, ибо я могла постоять за себя сама, на что он бросает в мою сторону многозначительный взгляд, а затем начинает ухмыляется.
— М-м-м, ты уже называешь меня своим папочкой, — он заявляет подобную пошлость, отчего я едва не краснею.
— Я говорю, что бить его было необязательно, — я перевожу тему разговора и недовольный взгляд на парня, когда мы присаживаясь в салон автомобиля. — Учитывая твоё состояние, — я добавляю, посматривая на его рану на лбу, которая теперь скрыта небольшим пластырем.
— С таким быдлом, как он, иначе нельзя, — облокачиваясь о спинку сиденья и устало прикрывая глаза, монотонно говорит Александр, а затем подрывается так, будто он услышал колоссальное оскорбление в свою сторону. — Ты думаешь, что если бы завязалась драка, то я был бы тем, кто проиграл?!
— Ничего я не думаю, но мне не нравится, что ты первый его ударил. Так конфликты не решаются, — заводя автомобиль, я оглядываюсь назад, чтобы выехать из парковки и никого не сбить.
Так как по моей вине Кинг так пострадал, я отвожу его домой и беспрекословно выполняю любую его капризную просьбу. Ради того, чтобы поглумиться надо мной, этот подлец начинает требовать, чтобы я покормила его. Видите ли его запястье болит после драки, в которой он меня защитил… Едва не взорвавшись в воздухе от подобного приказа, я как можно вежливей пытаюсь отказаться и сказать ему, что он в состоянии поесть сам. Но он продолжает возмущенно бурчать и винить меня в том, что он не в состоянии держать китайские палочки в руке, а его голова вот-вот взорвётся от ужаснейшей боли в висках. Я устало вздыхаю и беру злосчастный прибор в правую руку, собираясь кормить довольного своей победой парня. Но от этого позора меня спасает неожиданный телефонный звонок. Мне звонит Брайан. Наверное, я впервые в своей жизни так сильно радуюсь его звонку. Чтобы иметь способность нормально с ним поговорить, при этом не выслушивая надоедающее нытьё Александра под ухом, я иду на кухню и отвечаю на звонок, попутно присаживаясь на кухонную тумбу. И первое, что я слышу — это непривычно взволнованный голос моего несносного братца, который только сейчас приехал домой. Его крайне напугало то, что он увидел в моей любимой комнате, в которой я провожу больше всего времени, а именно — окровавленные осколки вазы. Первым делом Брайан спрашивает в порядке ли я, но я сразу же ему говорю, что кровь принадлежит Кингу, не мне.
— Господи, Нила, что ты с ним сделала? — он с нескрываемой усталостью спрашивает, поскольку это уже не первый его друг, которого я покалечила в его отсутствие. Была ещё парочка парней, которые слишком много себе позволяли, за что они, собственно, и получали либо в нос, либо в пах.
— Ничего особенного.
— Пожалуйста, скажи, что ты не перерезала ему сонную артерию, — он вздыхает и, если судить по звукам, замыкает на ключ дом.
— Если ты меня сейчас не заберёшь, то он точно этот день не переживёт, — я отвечаю, после чего вкратце объясняю ему ситуацию, при этом не озвучивая причину, по которой Кинг получил по голове вазой, и поторапливаю его, ибо я проторчала уже целый час в доме Александра. Ещё чуть-чуть и этот засранец превратит меня в своего безмолвного раба, который беспрекословно выполняет любые его унизительные поручения. Брайан, к счастью, говорит мне, что уже в пути, потому я сбрасываю звонок и с облегчением выдыхаю. Зная, что мой несносный братец любит ездить на быстрой скорости, он может оказаться здесь буквально через пару минут. И дабы не нарываться на новые поручения Кинга, я планирую просидеть на кухне до самого приезда Брайана. Но, в конце концов, брюнет замечает моё долгое отсутствие и, к моему огорчению, объявляется на кухне.
— А сказал, что рука болит, — я говорю Александру, который самостоятельно держит в руках палочки и уплетает за обе щёки роллы, которые я ему заказала.
— Ты меня до этого довела. Мне приходится есть через боль, — трагично заявляет парень, а я качаю головой из стороны в сторону, удивляясь его ребячеству.