Когда звенит оглушительный звонок с последнего урока, поток счастливых школьников остановить уже никому не под силу, так как наступили осенние каникулы, которые все с таким нетерпением ждали. Без всяких сомнений, я разделяю всеобщую радость и восторг по этому поводу, но собираю свои вещи с парты и покидаю кабинет я с иной скоростью. У меня нет надобности спешить куда-то, ведь в последнее время Брайан где-то пропадает и приходит на парковку минут через пятнадцать, после того как прозвенел звонок с последнего урока. Каких-либо идей на этот счёт у меня пока нет, поскольку выудить из него какую-либо информацию, когда он этого сам не хочет, невозможно. Я лишь молча смотрю на его стремительно удаляющуюся спину, которая направляется в неизвестном мне направлении. Вообразив себе то, как я буду стоять под школой и ждать его, я устало иду к своему шкафчику, а затем направляюсь к выходу из школы, надеваю кожаную куртку. Но не успеваю я сделать и шагу, как меня неожиданно окликает голос учительницы. Обернувшись, я встречаюсь взглядом с обеспокоенной миссис Коллинз, которая нелепо подбегает ко мне с оглушительным стуком каблуков и покрасневшим от волнения лицом. Всучив мне в руки ключ от кабинета, она просит меня пойти к западному крылу и запереть кабинет. Я пытаюсь возразить женщине, ибо я ни разу не была в том кабинете, но она говорит, что ей через минуту надо быть на собрании, и удаляется прочь, так и не выслушав меня. Взглянув на связку ключей, которая покоится у меня в руке, я со вздохом направляюсь в сторону западного крыла, молясь, чтобы не заблудиться, ведь по прошествии целого месяца я до сих пор не выучила карту школы.
Когда нужная мне дверь оказывается прямо перед моим носом, краем глаза я неожиданно для себя замечаю спину Кинга, который стоит у своего шкафчика и смотрит в экран телефона, упорно не замечая меня. Надеясь, что я так и останусь незамеченной им, я быстро заглядываю в кабинет, дабы убедиться, что там никого нет, и с криком: «Ёб твою мать!» с громким хлопком закрываю дверь. Облокотившись одной рукой о стену, я другой прикрываю глаза, не желая верить в увиденное. Как я и предполагала, пустым кабинетом в школе воспользовалась одна неугомонная парочка. И этой парой оказались Брайан и Бонни! Поверить не могу, что они начали встречаться, и их отношения так стремительно развиваются, ведь, когда я их застала, юбка девушки была задрана непозволительно высоко, а о том, где были руки моего несносного братца, я даже думать не хочу, иначе мне станет нехорошо.
— И что тут у нас происходит? — на мой крик прибегает Александр, который тут же открывает дверь, чтобы, как последний извращенец, поглазеть и посмеяться над пойманной мною парочкой. Но когда он видит сконфуженных Брайана и Бонни, то его глаза от удивления расширяются, а затем со словами: «А кто это у нас тут прячется?» он заходит внутрь класса.
— Ну вот что за человек? — я бурчу себе под нос, глядя на то, как брюнет без зазрения совести вламывается в кабинет и с поразительным энтузиазмом подтрунивает над парой, которая пытается привести себя в относительный порядок, постоянно при этом одёргивая свою одежду.
— Сюрприз, блять, — недовольно шипит Брайан и пытается вытолкать из кабинета смеющегося Кинга.
— Пресвятая Дева Мария, вы обесчестили эту школу! — всё не унимается Александр, из-за чего мой братец начинает постепенно выходить из себя. По-видимому, в его планы совершенно не входило то, чтобы кто-либо узнал о его отношениях с Бонни.
— Кинг, завались, — шипит мой братец и оглядывается по сторонам, в надежде что больше никто не станет свидетелем их с Бонни разоблачения.
— Ты сперва рот от слюней Риверы утри, а потом уже командуй, — это последнее, что успевает сказать Александр, прежде чем умчаться со всех ног от разъяренного братца.
— Ты встречаешься с Брайаном? — я с удивлением спрашиваю у малость смущённой девушки, когда захожу вглубь класса, после того как парни скрылись за поворотом. — Что ж, я в душе не чаю, как ты собираешься встречаться и терпеть выходки этого засранца, поэтому прими мои соболезнования заранее.
— Мы уже две недели как встречаемся. И он ничуть не засранец. Он очень милый… — с влюблённой улыбкой говорит мне девушка, от которой так и веет аурой зачарованности. — Нила, — вдруг девушка неловко и даже виновато поднимает на меня глаза, отчего я в недоумении на неё смотрю в ответ. — Я хотела извиниться. За тот случай на физкультуре. И за то, что не разговаривала с тобой всё это время. Я понимаю, что в каком-то смысле ты права, и ты пыталась за меня заступиться. Но… Кинг мой близкий друг. И всегда им будет. Мы с ним оба делов этим летом натворили… И я хочу об этом забыть. Хочу закрыть эту тему раз и навсегда, потому что мне каждый раз гадко об этом вспоминать. И пожалуйста, Нила, не вини во всём Кинга и не пытайся меня отговорить от дружбы с ним. Я никогда не отвернусь от него, — девушка твёрдо заявляет, желая при этом найти в моих глазах поддержку и одобрение.